– Но если быть верной себе, – продолжала Кейт, – нужно признать, что мои мотивы не совсем бескорыстны. Помимо всего прочего, мне не нравится казаться слабой в глазах окружающих.
– Не такой уж незамолимый грех, – пробормотал он.
– Полагаю, вы и тут правы, – улыбнулась Кейт. – Но я осмелюсь высказать предположение, что и вы страдаете тем же грехом.
Энтони молча кивнул.
– Все мы играем определенные роли в этой жизни, – продолжала она, – и моя – всегда оставаться сильной и благоразумной. Сильные благоразумные личности не прячутся под столами во время грозы.
– Ваша сестра, – спокойно возразил он, – возможно, куда сильнее, чем вы думаете.
Кейт резко вскинула голову. Неужели Энтони пытается объяснить, что влюблен в Эдвину? Он и раньше хвалил грацию и красоту ее сестры, но никогда не рассуждал о ее характере.
Кейт всматривалась в его лицо, сколько позволяли приличия, однако не нашла ничего, что рассказало бы о его истинных чувствах.
– Я не говорила, что Эдвина слаба, – ответила она наконец, – но я ее старшая сестра.
И всегда должна казаться сильной в ее глазах. А она всего лишь должна быть сильной ради себя.
Она снова подняла голову и увидела, что он внимательно всматривается в нее, словно хочет заглянуть в душу.
– Вы тоже самый старший из детей леди Бриджертон. Уверена, вы знаете, что я имею в виду.
Энтони кивнул, глядя на нее весело и одновременно задумчиво.
– Совершенно верно.
Она ответила ему улыбкой, улыбкой человека, прошедшего те же испытания, что и собеседник.
И ей становилось все легче в его обществе, словно теперь она могла раствориться в нем, утонуть в тепле его тела.
Но Кейт знала также, что невозможно и дальше откладывать свое признание.
Необходимо сказать Энтони, что она больше не возражает против его брака с Эдвиной. Несправедливо держать это при себе только потому, что она мечтает удержать его хотя бы на несколько прекрасных минут здесь, в саду.
Глубоко вздохнув, Кейт расправила плечи и повернулась к Энтони.
Тот ответил выжидающим взглядом, сообразив, что она хочет что-то ему сказать.
Кейт открыла рот. Но не смогла выдавить ни звука.
– Я слушаю, – решил он ей помочь.
– Милорд! – выпалила она.
– Энтони, – мягко поправил он.
– Энтони, – повторила Кейт, гадая, почему ей все труднее называть его по имени. – Мне необходимо поговорить с вами.
– Я так и понял, – усмехнулся он.
Кейт упорно рассматривала свою правую туфлю, чертившую полумесяцы на утоптанной земле тропинки.
– Это… э… насчет Эдвины.
