Виктор Глухов

Долгая и опасная работа полевым агентом приучила его не бежать сломя голову разбираться с ситуацией. Бойца уже не вернешь. Он запустил сканер в режиме обратного воспроизведения. Вот загорелась зеленая цифра "семь". Воин находился на посту. Рядом нет никого, все отмечены на своих местах. Бойцы спят в палатках, толстый демон тоже у себя в шатре, его охрана у входа. На другом конце лагеря бодрствует ведьма Корна. Сканер не показывает наличия посторонних. Он открутил картинку до момента, когда хвостатый удрал из лагеря, и остановился.

— Что-то случилось? — спросила она шепотом.

— Шарган умер, — тоже шепотом ответил он.

Часовой сидел у камня и смотрел в темноту пещеры широко открытыми мертвыми глазами. Прокс внимательно осмотрел тело и не нашел видимых следов, указывающих на причину смерти.

— Листи, девочка, проснись, — послал он сигнал по амулету. — Корна, осмотри все в округе, может, найдешь что-то подозрительное.

— Что случилось? — неслышно появилась рядом Листи.

— Шарган умер. Листик, осмотри тело, только тихо. — Он несильно сжал ее руку.

Девушка обошла вокруг безучастно сидящего воина.

— Алеш, у нас проблема, — сказала она. — На Шаргана наложено заклинание отложенной смерти. Подожди, я еще посмотрю. — Девушка присмотрелась к убитому. — Сними с его спины щит, — попросила она.

Грапп осторожно поднял щит и расстегнул ремень, которым он крепился. Демоница нагнулась, и в ее руках оказалась тонкая игла.

— Вот что стало причиной смерти, — сказала она, показывая Граппу маленькую иголку.

— Что это? — спросил он.

Листи осторожно переломила иглу и выбросила ее в темноту.

— Я даже не знаю, как тебе объяснить, дорогой. Это древнее заклятие, наложенное на иглу, но не просто заклинание, это специально собранная эманация смерти при жертвоприношениях. Такие обряды сопровождались долгими пытками и муками жертв. Попадая в тело, игла не вызывает боли, но постепенно выпивает жизнь.

— Листик, если ты знаешь про это заклятие, может, сообразишь, как игла могла попасть Шаргану на спину? — с надеждой спросил Грапп.

— Не знаю, родной, только прошу тебя, будь осторожен. — Она с мольбой всмотрелась ему в глаза.

Сенгуры хоронили воина по своим обычаям. Прокс стоял в стороне, его отряд понес первые потери не в бою, воина убили коварно.