Виктор Глухов

Незримый убийца не оставил следов, кроме маленькой иглы с "отложенной смертью". Демон обводил взглядом молчаливо стоящих крауров и собиравших шатер охранников демона, которые остались полностью безучастны к происшедшему. Он понимал, что убийца находится здесь, среди своих, и не мог понять, кто этот хитрый и коварный враг.

Древесник, услышал зов и, не в силах противиться ему, пополз из лагеря. Выбравшись из круга света, который давал горящий костер, он встал на четвереньки и быстро побежал прочь. Он бежал, тихо подвывая от страха, но не мог преодолеть силу зова, который неодолимо тянул его и указывал путь.

Он пробежал всю пещеру и углубился в неширокий извилистый тоннель, уходящий в сторону и вниз от основной дороги. Демон двигался, не останавливаясь, меняя направления, не помня дороги, уходя все ниже и ниже, пока перед ним не появился сам источник зова. Жур встал на ноги и поднял голову. Перед ним стояла очень красивая демоница, полностью обнаженная, смотревшая на него красными горячими глазами.

— Ты пришел, любовь моя, — нежным чарующим голосом пропела она. — Я так тебя ждала.

Ее голос обволакивал, проникал внутрь самого существа и вызывал волну восторга и обожания.

— Ты готов, любимый, сделать для меня то, что я попрошу?

— Готов, любимая, — переполняемый желанием, ответил древесник, его хвост нервно стегал по ногам, глаза закатились в экстазе.

— Возьми этот кинжал и воткни ее в хумана, — она протянула ему узкую заточенную кость. — А потом приходи сюда, любимый.

Жур взял кость, посмотрел на нее. В его душе происходила борьба двух желаний: исполнить волю одной любимой и не навредить другой. Он запутался, не понимая, что ему делать, его сознание раздваивалось. Одна любимая предлагала убить хозяина, другая приказывала защитить его.

— Я не могу, — растерянно ответил он и поднял печальные глаза на демоницу.

— Что-о? — раздался пораженный голос, в котором не было больше очарования. Красавица злобно зашипела и подняла руки.

В это время от стены отделилась тень и набросилась на сверкающую глазами обнаженную обольстительницу.

На глазах пораженного Жура девушка с чарующим голосом превратилась в серую костлявую тварь с непомерно длинными худыми ногами, сидящую, как лягушка. Ее морда злобно скалилась, из огромной пасти вырывалось зловонное дыхание. Завизжав, она стала отбиваться от нападавшего. В ее руке была большая дубина, которой она очень ловко пользовалась, отражая удары меча.