То есть, он думает, что я могу допустить отношения с его замом? Делаю усилие:
— Обязательно напомню. Я могу идти?
— Идите.
Как могу, быстрее, но чтобы это не показалось побегом, выхожу из кабинета. Выдыхаю только за закрытой дверью. Вероника смотрит на меня с участием.
— Вероника, третий мужчина — это кто?
— Мишель Сергеевич, родной брат Алана Сергеевича. Он работает директором на автофилиале.
— Где?
— У нас есть большая СТО и авторынок. Там продают запчасти, машины пригоняют на продажу или лом.
В общем, все, что связано с ремонтом и продажей автомобилей.
— Понятно. Спасибо за информацию. Совсем никого и ничего не знаю. Нужно быстрее осваиваться, иначе еще не раз попаду в подобную ситуацию.
Вероника кивает с пониманием. Ей, видимо, тоже достается от мистера «Непревзойденность».
— До свидания.
— Всего доброго!
Глава 7
Алан
— Максим Александрович, мой заместитель, грозился к вам на кофе заехать. Надеюсь, вам объяснили наши правила относительно романов на рабочем месте.
Он иногда забывает. Напомните ему, пожалуйста, за чашкой кофе.
— Обязательно напомню. Я могу идти?
— Идите.
Дожидаюсь, пока голоса Вишняковой и Вероники стихнут. Направляюсь к Беляеву в кабинет.
— Макс, ты охренел? — мне сейчас очень хочется заехать ему прямо по ухмылке.
— Эй, полегче. Мне показалось, она понимает шутки. Твоя репутация не пострадала.
— И насчет кофе — она на испытательном сроке еще три недели. Будешь подбивать клинья, вылетит раньше.
— Почему ты решил, что я буду клинья подбивать?
— Она что, первая такая? Давно Ленка на развод хотела подавать из-за практикантки? — моя злость улетучивается, как только вспоминаю, как Лена, жена Макса, застала его в туалете с практиканткой.
Главное, он с ней и по гостиницам тусил, и в ресторане, и домой к ней ездил, а застала в туалете. Мы месяц над ним смеялись. Хотя ему было не смешно, он в этот раз еле замял скандал. Сорок лет уже, сыну двенадцать, а ума насчет баб так и не набрался.
— Ладно, 1:1, — смеется — но я бы с такой закрутил.
Красивая, блин.
— Ты почему еще не в пути? — слова друга вызывают, то-ли раздражение, то-ли неприязнь. Пытаюсь не зацикливаться на своей реакции, и где-то на задворках мозга прорывается ответ — почему.
— Москвичи перезвонили, что в пробку попали, авария на МКАДе, опаздывают. Выезжаю через десять минут.
Я иду в юридический отдел к Голованову, потом возвращаюсь и еще раз заглядываю к Максу, его уже нет.
