Есть вещи, не приемлемые для моей женщины. Я хочу, чтобы ты это поняла раз и навсегда!
— А меня кто-нибудь когда-нибудь спросит, что хочу я?!
Резко разворачиваюсь и ухожу. Алан спускается в зал минут через десять. Кое-как досиживаем вечер, я вижу, что у него нет настроения, но он старается этого не показывать. Я тоже делаю вид, что все нормально, не хочу выносить сор из избы.
Глава 27
Вика
Домой из кафе мы едем в полной тишине. У меня сейчас нет ни сил, ни желания выяснять отношения. Он мне снова сейчас скажет, что все было до меня, и я буду выглядеть ревнивой идиоткой.
На душе у меня какая-то тупая досада. Умом я понимаю, что жизнь у Алана не стояла на месте, и я знала это, когда соглашалась на его условия. Но как же неприятно осознавать, что он с кем-то занимался сексом, получал от этого удовольствие, что у некоторых до сих пор есть на него планы. А еще, услышанное сегодня лишний раз напомнило, что когда-то и я стану такой же прошлой историей и он не будет помнить ничего из того, что у нас было.
При повороте машины выхожу из своих мыслей и вижу, что мы едем к нему.
— Зачем ты везешь меня к себе?
— Не хочу трагических расставаний, хочу секс и сытный завтрак.
Как у мужиков все просто. Бесит! Мы подъезжаем к дому, сейчас нет смысла требовать, чтобы он отвез меня в отель. Он не повезет.
Алана задерживает во дворе охранник, они о чем-то разговаривают, а я захожу в дом, раздеваюсь и иду в душ. Вода успокаивает и умиротворяет, становится немного легче. Я не слышу, как Алан заходит в ванную, слышу уже, когда открывает дверь кабинки.
Он прижимается к моей спине, обвивает руками, откидывает волосы и утыкается мне в шею сзади.
— Ты нужна мне сейчас… очень.
Под струями воды он целует мне шею, спускается на спину, заводит руку между ног, слегка сжимает. И меня штормит. Ну как же так? Я же собиралась ему отказать, уйти спать в другую комнату. Почему я теряю себя всего лишь от его прикосновений? Я вздыхаю, поворачиваюсь лицом, он ловит мои губы и не дает ничего сказать, целует, пожирает.
Он заведен до предела, я не остановлю его, и спать придется там, где захочет он. Да я уже и сама этого хочу.
После душа остаюсь завернутой в полотенце, достаю из сумочки крем, наношу на лицо, расчесываюсь. Алан гасит свет, включает лампу на прикроватной тумбочке и садится на кровать:
— Сними полотенце и иди сюда.
Снимаю, подхожу к нему. Он укладывает меня на спину, а сам садится напротив, берет мою ногу и проходится языком по ступне.
— Мммм, — неожиданно.
