Виски для пиарщицы

- Риточка, я тебя не узнаю! – испугалась, в конце концов, бабуля. – Да что с тобой?

- Кажется, у меня гастрит, - нашла я понятное и лёгкое объяснение своему траурному виду. – Болит. Вот здесь.

Бабуля секунду смотрела на меня, а потом схватила любимую тефлоновую лопатку и три раза подряд с грохотом врезала ею по столу:

- Я знала, я знала, я знала! Нельзя было пить столько пепси! Всё, баста! С сегодняшнего дня переходим на спрайт!

- Отлично, - вздохнула я. – Думаю, это поможет.

Соня сегодня решила реабилитироваться в глазах мирового сообщества и выиграла у Гриши одну викторину из трёх.

- Наконец-то, бабуля, - сказал ребёнок. – А то я уж боялся, что у тебя Альцгеймер.

- Ах, мой маленький! У меня Кристоф. И это похлеще Альцгеймера, скажу я тебе!

- Кристоф? – удивился Гриша. – Хм… О таком синдроме я не слышал. Потом посмотрю в интернете. А какие симптомы?

- Ах! – бабуля взволнованно задышала и картинно прижала ко лбу заломленное запястье. – Симптомы прелестные! Постоянно хочется петь, плясать и шинковать артишок.

- Круто! Бабуля, а на завтра я приготовил вообще убойные вопросы! – похвастался Гриша.

- Тогда мне конец, – загрустила Соня. - Кристоф мозги капитально сносит, из-за него мне трудно сконцентрироваться.

- Угораздило же тебя!

- Ой, малыш, и не говори!

…В субботу Виктор не позвонил. Наверное, Вадим Михайлович преодолел интернет-зависимость или, всё-таки, поставил кабана выше китайского контракта. Но я даже была рада, что любитель лесной фауны не проявился, потому что совершенно не знала, как с ним разговаривать.

Моя тайна разрасталась внутри чёрным облаком и закладывала ватой горло. Голос дрожал и ломался, слёзы постоянно были близко. Вчерашнее происшествие было слишком свежо в памяти, я всё ещё чувствовала спиной и бёдрами каменную тяжесть ненавистной туши. Никогда никому не расскажу об этом. Если я признаюсь, Витя тут же помчится убивать директора. Его обязательно посадят. А это означает, что секс у нас так и будет в три раза реже, чем Олимпиада.

Но промолчать – тоже обмануть. Что же делать?

Зато в воскресенье мой блистательный любовник, маркетолог, стрелок, чтец, фокусник, псих и драчун позвонил семь раз! Семь!

- Всё, убили зверюгу, огромный попался, - кровожадно объявил Виктор. – Умотал нас, зараза. Но это был не его день. Уши торчали, я проверил. Ох, и морда! А клыки! Реальный монстр! Иваныч на седьмом небе, Вадим Михайлович тоже счастлив, всё прекрасно. У «Лебединого гнезда» блестящие перспективы.