Високосный убийца

Сработало! Все вопросы забылись, в глазах семьи зажегся интерес.

— ФБР при помощи детектива Переса возобновило дело. — Нина кивнула на спутника. — Мы выяснили: на Марию и ее близких напал злоумышленник. — Она помолчала, дав присутствующим время переварить сказанное. — Мария не убивала ни себя, ни остальных.

— Я знала… — По щеке Терезы скатилась слеза. — Моя сестра никогда так не поступила бы! — Она сжала руки в кулаки. — Что же произошло?

— Преступник подстроил все так, будто Мария убила мужа и ребенка, а затем покончила с собой.

— Но ведь делом занималась полиция! — Горящий взгляд Терезы уперся в детектива. — Делали вскрытие!

— Двадцать восемь лет назад, — напомнил Перес. — Криминалистика с тех пор изменилась, и…

— А мы говорили тому следователю: Мария не могла! Не слушал! — настаивала Тереза.

— Членам семьи всегда трудно принять виновность близких. Детектив О’Мэлли изучил все доступные на тот момент улики.

Нина умолчала о пустом участке среди брызг крови. Для упреков еще будет время.

Тереза осталась непреклонной:

— Ваш детектив видел только те улики, которые хотел видеть!

— Он видел улики, специально оставленные убийцей, — поправила Нина.

 — Например, фальшивые любовные письма.

— Виктор не изменял Марии? — поразилась Тереза. — Не заводил любовницу?

— Никаких доказательств внебрачной связи мы не нашли. Записки подложили, чтобы создать мотив для убийства.

Обескураженная Тереза рухнула в кресло. Муж устроился рядом и похлопывал ее по руке, а ее брат Тито что-то полушепотом объяснял родителям, сидевшим на двухместном диванчике.

Нина дала семейству время переварить услышанное в кругу своих. Все-таки им пришлось не только поменять мнение о поступке Марии, но и по-новому взглянуть на Виктора.

— Как вы узнали правду? — подал голос Джон, супруг Терезы.

— Заслуга агента Герреры, — похвалил ее Перес.

— Мы с детективом Пересом изучали доказательства, и я заметила кое-какие нестыковки. — Она умолчала о других нападениях убийцы.

— Наша Мария не Ла Йорона… — Тереза промокнула глаза платком, который ей подал муж.

 — Мы столько лет не разговаривали с семьей Виктора! — Она покачала головой. — Очень уж было горько.

— Чуть позже мы сходим к ним, — пообещала Нина.

— Спасибо за помощь. — Все взгляды обратились к Софии, матери Терезы. — Словно камень с души свалился!

Сердце Герреры сжалось от боли. Похоже, София ответственно воспитывала детей и все эти годы терзалась стыдом — напрасным стыдом, бремя которого пришлось нести всем ее близким.