Вьюга

Привыкла она и к тому, что гости бесцеремонно рассматривали ее пикантное лицо с удивлением и восхищением, научилась отклонять предложения встретиться позже.

Но в этот вечер случилось нечто особое, послужившее на пользу ей и Эльдару. Один из бесцеремонно разглядывавших ее господ спросил ее по-датски, что за жаркое у нее на блюде. Виллему совершенно неумышленно ответила на чистом датском, на языке, который выучила во время своих поездок к бабушке Сесилии и дедушке Александру.

Эффект был неописуем.

– У вас датская прислуга? – воскликнула одна из дам.

– Да, мы держим только сочувствующих, – ответила просто хозяйка, но было ясно, что она гордилась собой. – Эта девушка и ее брат – датского происхождения. Не так ли, Мерете?

– Да, фру, – ответила Виллему по-датски и присела в книксене. – Но мой брат был в Дании меньше меня и поэтому говорит на этом языке не так хорошо.

Гости были довольны, а хозяева стали смотреть на нее с уважением.

Виллему чувствовала себя предательницей. Она любила Данию, так же как и Норвегию и Швецию, в которой побывала несколько раз.

Ей казалось, что эта вражда не нужна никому.

Благосклонное отношение к ней хозяев дома несомненно выросло.

Дочь выглядела ужасно.

Так же, как и ее мать, она зачесывала гладко назад свои черные волосы, что явно не красило ее лошадиную физиономию. Она вела себя так, будто была уже полной владелицей этого дома.

Ее брат, Сювер, сам того не желая, легко выходил из себя. После обеда сестра обошла большую гостиную.

– Эти гобелены должны быть у меня, – заявила она.

– Но они принадлежат Кристине, – возразил брат.

– Кристине, – презрительно хмыкнула сестра. – Она никогда их не получит. Мама, в следующий раз я увезу их к себе.

– Непременно, – ответила мать, явно гордившаяся своей дочерью. – Гобеленов у нас достаточно.

Последние слова специально адресовались гостям.

Виллему навострила уши. Кристина – это, должно быть, та сестра, о которой хранят молчание. Сестра в немилости.

Но, как говорит Эльдар, еще должен быть брат. О нем вообще никогда не упоминали. Где же он?

Виллему обносила гостей печеньем и вином после обеда. И в этот момент произошло нечто ужасное. Хозяин Тубренна подставил ей бокал и одновременно слушал губернатора.

– Благодарю, я с удовольствием приеду к вам в Рождество на более продолжительное время. В один такой вечер, как сегодня, обо всем переговорить не успеешь.

– Мы будем рады этому, – хозяин понизил голос.