И как она прознала, о чём в кабинете архимага разговор идёт, чувствую, без секретаря тут не обошлось, ну и с порога истерику закатила, благо меня ни в чём не обвиняла, кричит, тоже хочу апартаменты! И вот тут началось такое!
Я боялся даже представить, во что вляпался, в очередной раз, Шварц. Но это ему наука на будущее, а то меня даже не предупредил, что такую аферу проворачивать собрался, а тут — на тебе! А насчёт принцесски, так ей наверняка доложили, чего затребовал себе Шварц при всеобщем сборе, ведь два этажа просил, хотя и дали только один.
— Я ушёл, благо, повод был. Магистр был недоволен, провести мой допрос, у них не получилось, ну и не давить же на меня при принцесске! А вот потом… вечером, под самую ночь, родаки прибыли и герцог с герцогиней, — что-то Шварц кидает на меня взгляды печально…"
"Ну, не поверю, что они смогли расколоть сына на откровенность по основным вопросам.
— И что было дальше? — спрашиваю я, а сам так внутри не хило напрягся, готовый услышать самое неприятное, это я про артефакты…
Шварц отводит взгляд.
— Вечером удалось сослаться, что сильно уставший. А вот с утра, мне устроили реальную головоломку, причём, в кабинете архимага присутствовали все, и родители, и чета герцогов, и директор со своим замом, ну, и я…
— Сочувствую! — произнёс я искренно.
— Спасибо, но тогда, да и сейчас, мне легче не стало. И, если герцог интересовался, как я умудрился заполучить маркизат и почему не стал, в первую очередь, просить у него протектората и вассалитета, а направил прошение напрямую, на имя Императора, то родителей интересовала судьба нынешнего барона.
Ну, ты понял, о ком я.
Я качаю головой. А что тут не понять, привет из прошлого. Основатель рода, и в нынешнее время, это вам не просто владетель баронства. Это живая, вроде, ожившая легенда и, похоже, что скоро новая ветвь пойдёт. Его девочка, что я ему подогнал, скоро родить должна…
— Я слушал, слушал их наезды, и такое зло меня взяло! Я не выдержал и высказал, чем они думали, когда детей, воспитанных в дворянских семьях, насильно, хоть и на время, поставили в рамки простолюдинов, в их самой отстойной форме! — Шварц, говоря это, даже раскраснелся, явно нервничает.
— Они меня уже, наверно, с час сношали!
Я прикрыл глаза, вот же маркиз от меня словечек нахватался!
— Ну я, как ты говоришь, «ушёл по-английски», не прощаясь…
— Как, не прощаясь? — не понял я.
Моё изумление явно развеселило друга.
— А вот так! Надоедало слушать их всех разом, ну, я перемещение и использовал.
