И если в первый момент она вдруг испугалась, её охватила паника, то спустя несколько часов была готова проглотить собственный язык, только бы повернуть разговор в нужную сторону!
Выбор был сделан идеально. Сам Мартин когда-то тоже начал с рассвета. Золотые искры, ярко-малиновые всполохи и сизый туман… таким был его первый рассвет. У Юли вышло лучше. Её картина оказалась глубже, интереснее, оказалась наполнена чувством. Он так писать не умел, и разворачивать душу, открывать её зрителю был не готов. А по-настоящему оглушительного успеха… того самого, которым он был горд, с которым мог согласиться… Так вот подобного успеха добилась всего одна коллекция.
Она называлась «Отражение» и состояла всего из восьми полотен. Ведь ровно столько работ тогда ещё неизвестной художницы Юлии Трофимовой он с боем отвоевал на одном из аукционов. И на каждую написал ответ. Так, как он видит, так, как чувствует. Критики тогда буквально сошли с ума, восхваляя безмерный талант, журналисты заговорили о неизвестной музе… А Мартин запирался в мастерской и любовался на её работы, надеясь утолить собственную жажду.
Надеялся, но не утолял!
Сейчас, когда Юля оказалась настолько близко, когда она позволила узнать себя настоящую… живую, экспрессивную, сумасшедшую… и одновременно мягкую, податливую… желанную!.. Вот теперь его, наконец-то, отпустило. И впервые за много-много лет он тоже чувствует бьющую внутри энергию жизни.
Но сложность состояла в другом. Не в признаниях или объяснениях, а в её стремлении надёжно закрепить свои позиции.
Юля горела желанием получить новые эмоции! Она торопилась поделиться той жаждой жизни, что разрывала её изнутри. И все эти прикосновения, неловкие паузы, призывные взгляды он считывал на раз. Вот только не мог на них ответить и позорно отступал. Член на неё стоял как заводной, а поясница требовала пристрелить этого долбанного психа! Его скручивало и загибало, боль выворачивала спину в обратную сторону и жалила, жалила!.. Так, что темнело в глазах."
"Поход в горы тоже здоровья не прибавил.
Вот только Мартин был не из тех, кто сдаётся. Привык терпеть, научился не замечать. Зубы порой сжимались до скрежета, но было в жизни то, чему он так и не научился: отступать. А главное, что удовольствие на её лице того стоило! Тихие слова благодарности не шли ни в какое сравнение с тем, что закипало, закручивалось в зелёных глазах.
А дома случился очередной скандал. Юля больше не просила – она буквально требовала внимания.
