Я подошла к Мартину совсем близко и, идеально угадывая настроение, намерения, желания, перебросила ногу через его бёдра и опустилась на них. Сильные руки сомкнулись на талии, делая контакт более плотным, давая определённые гарантии. Теперь я чувствовала, как он напряжён, как сосредоточен, а обманчивое ощущение лёгкости куда-то испарилось, не оставляя после себя послевкусия.
– Самые любопытные кошки становятся ручными, Юля, – пророкотал он, чувствуя свою власть, и коснулся губами кожи над ключицами.
От неожиданности я ахнула, тут же толкнулась ладонями в мужские плечи, но не претерпела успеха, а, взглянув в лицо Мартина, поняла, что ему больше не до улыбок.
Упрямо поджатые губы, раздутые порывистым дыханием крылья носа и напряжённо сведённые брови. Длинные пальцы обхватили меня сильнее, надавили на поясницу. Потому что теперь Мартин хотел теснее, хотел без обмана. Я почувствовала, как моя грудь врезается в его, как её раздувает от бурного дыхания. Возбуждение в паху отозвалось пульсацией у него и тянущей болью у меня.
– Как ты думаешь, почему так происходит? – прошептал Мартин и провёл языком по моим губам, заставляя раскрыть их шире.
– С кошками?
– С ними, – улыбнулся он и теперь толкнулся в меня языком глубже. На поцелуй это было похоже мало. Если только на приглашение… порочное, разумеется.
Я дёрнулась, будто вырываясь из липкого марева, но оказалось, что Мартин держал очень сильно. И как демонстрация власти – провёл носом по коже от угла нижней челюсти к ямке между ключицами. Остановившись, глубоко вдохнул мой запах и блаженно закрыл глаза.
– Потому что они влюбляются и начинают вести себя глупо и предсказуемо! – вспомнила я про вопрос.
Мартин удовлетворённо кивнул. Он коснулся моих губ легко и ненавязчиво. Сорвал самые яркие, самые сочные эмоции и отпрянул, наслаждаясь произведённым эффектом.
– Ты ведь не из таких? – улыбнулся он, а я с сожалением покачала головой.
– Не хочу разочаровывать тебя, потому не отвечу, – проронила я и толкнулась в его плечи сильнее.
Беспомощные ладони заскользили по шёлку, собирая его в складку, зло и отчаянно цепляясь за неё, выкручивая… но так и не достигая желаемого результата.
– Я не привык верить на слово, моя прелестная муза… – коротко улыбнулся он и озадаченно кивнул. – Придётся разобраться в этом вопросе самостоятельно, – выдавил он из себя с придыханием и вот тогда всё же поцеловал."
"И сразу глубоко, напористо, властно. Напрочь лишая дыхания, любых сомнений, возможности сопротивляться.
