Вкус ледяного поцелуя

Мы прошли на кухню, Лукьянов по-хозяйски включил чайник, положил корм собаке, достал из холодильника кое-какую снедь, Артем наблюдал за этим с заметным неудовольствием.

– Дело практически ясное, – кашлянув, заговорил он, устраиваясь поудобнее. – Только от этого не легче. Двенадцать лет назад совершено зверское убийство. Кто-то ждал двенадцать лет, чтобы разделаться с убийцами.

– Хотя мог бы и не ждать, – вздохнула я. – И, по крайней мере, двоих убрать сразу. Потом убить Серафимович по выходу из тюрьмы, а через два года и Краснова.

Кстати, в этом случае связать все четыре убийства воедино было бы сложнее, значит, и меньше риска быть пойманным.

– Может, ему плевать на риск? Может, ему, наоборот, хочется, чтобы все узнали. Ну, не узнали, так поняли.

– А еще ему хочется сесть в тюрьму, – съязвила я."

"– Еще вопрос, сможем ли мы его отправить в тюрьму. Тут ведь доказательства нужны. А у нас пока что? Одни догадки. И даже подозреваемого нет. Отец девочки умер пять лет назад, мать – инвалид. Близкой родни нет, кого подозревать прикажешь? Какого-нибудь мальчишку, что был в нее влюблен и ждал двенадцать лет, чтобы отомстить? Так, судя по показаниям, и мальчишки не было.

Девочка была тихоня и по малолетству дружком обзавестись не успела. Конечно, может, тайный воздыхатель… но это вовсе никуда не годится. Это уже мексиканский сериал.

– Вы лучше о менте подумайте, – разливая чай, сказал Лукьянов. – О том самом майоре, которого не существует в природе. Кто-то очень оперативно и грамотно провел следствие раньше нас.

Это стоит денег.

– Ты хочешь сказать… – нахмурился Артем.

– Я хочу сказать, тот, кто все это затеял, имеет приличные бабки, следовательно, засадить его за решетку будет ох как нелегко. Убийцы – наемники, заказчик – в сторонке, а мы в дураках.

– Обрадовал, – крякнул Артем.

– Чем богаты…

– Слушайте, – вмешалась я. – Давайте для начала все же найдем этого типа. Навестим мать девочки…

– Она в санатории. Это в тридцати километрах от города. Вот адрес. – Артем положил на стол листок бумаги.

 – С ней лучше встретиться тебе.

– У этой бабы есть деньги? – спросил Лукьянов.

– Она в детском саду работала. Сейчас на инвалидности. Муж умер. Так что, сам понимаешь, денег пруд пруди.

– То есть ее можно смело вычеркнуть из списков?

– Ехать все равно надо, – вздохнула я. – Вдруг узнаем что-нибудь…

– Серафимович здесь не случайно появилась, – почесав бровь, заметил Лукьянов, – и, очень может быть, она уже знала, что некто начинает охоту.