Вкус ледяного поцелуя

– А кого ты еще могла подцепить? Раньше твоим дружком был гомик, теперь вот этот боров. Любишь собирать юродивых.

– Себя имеешь в виду? – съязвила я. Критику я не жалую, особенно когда в ней есть доля истины.

– Нет, твоих друзей, – в тон мне ответил Лукьянов.

– А себя моим другом ты не считаешь?

– Мне и в любовниках хорошо.

– В любовниках? – вытаращила я глаза. – Эко завернул. Так широко я не шагаю, выше задницы не прыгаю.

Он посмотрел серьезно и спросил:

– Все еще злишься?

– Чего уж там.

– О господи, – покачал он головой. – Ты же не дура…

– Я не дура, – согласно кивнула я, решив, что Лукьянов сказал мне комплимент.

– Какая разница, приехал я по делу или… Ладно. Иди ко мне, – позвал он, и я пошла. А чего строить из себя обиженную? Лучше уж получать удовольствие. И я его получила.

Утром Лукьянов отсыпался, а мне не спалось. Я бродила по кухне, игнорируя Сашкины заинтересованные взгляды, выпила кофе.

– Чего вскочила в такую рань? Кто-нибудь звонил?

– Кабы знать. Я телефон отключила, и этот, и мобильный.

– Мудрое решение. Я свой тоже отключил. Он подошел и обнял меня. Взгляд его был… как бы это выразиться поточнее… иногда я всерьез думала, что значу для него что-то. Как правило, длилось такое недолго.

– Этот мир некоторое время обойдется без нас, – шепнул он, улыбаясь. Когда мужчина рассуждает здраво, поневоле начинаешь его уважать.

…Сашка робко тявкнул, и во мне заговорила совесть. Я выскользнула из постели и пошла с ним гулять. По дороге вспомнила о вчерашнем разговоре с парнем из теннисного клуба, как его там… Олег, кажется. Если верить его словам, Купрееву звонил помощник Дидонова. По крайней мере, того точно зовут Романом Константиновичем. С какой такой стати он бежит к Купрееву с рассказом об убийстве при весьма скабрезных обстоятельствах? Причина одна: Роман Константинович знал о пагубной страсти работодателя и друга, может, и еще чего интересное ведал, но мне об этом не скажет, это уж точно.

Я взглянула на часы, время вполне подходящее, фитнес – не ночной клуб, работать должны с утра, а хороший хозяин с утра всегда при любимом детище.