Владычица Эббона

Если бы барон Аддор хоть каким-то боком был причастен к заговору и желал мне смерти, то не стал бы тратить столько сил и ресурсов, чтобы я не только справилась со своей проснувшейся силой, но и получила образование, достойное наследницы трона. Да ещё держал это в секрете ото всех, особенно от короля, считавшегося до недавнего времени моим отцом.

Так что в течение оставшегося до собрания получаса мы с Синном вкратце рассказываем ему и о новостях, и том, что собираемся провернуть сегодня. Теперь на Совете будет на одного ошарашенного советника меньше.

Но, думаю, дядя удивление умело изобразит.

Вскоре Киф уведомляет меня, что все готово, все в сборе и ждут только меня с советниками Верром и Аддором. В сопровождении Синна, дяди и своего секретаря я и отправляюсь в зал совещаний, где мне предстоит узнать, кто же из собравшихся там мужчин, рьяно изображающих преданность короне и Эббону, на самом деле предатель.

Когда я вхожу, советники дружно вскакивают со своих мест, кланяясь. Но их пристальное изучающее внимание ко мне и моим спутникам ощущается почти на физическом уровне.

 

– Приветствую вас, господа, – здороваюсь я сухо, обводя взглядом собравшихся и направляясь к своему креслу-трону во главе стола.

Синн отодвигает мне кресло, потом демонстративно садится по правую руку от меня. Дядя соответственно по левую, ну а Киф, застывает за моей спиной со стопкой документов, которые мне сегодня понадобятся, и тем самым ларцом из Синнового сейфа, окутанным таким количеством защитных заклинаний, что у меня волосы на загривке поднимаются, а сам бедняга секретарь болезненно морщится, прикасаясь к тёмному дереву магической вещицы.

 

– Ваше величество, мы все рады приветствовать вас и видеть в добром здравии, – первым берёт слово Ульрэн Хатрил, весьма правдоподобно изображая доброжелательность и обеспокоенность и с любопытством посматривая на ношу Кифа.

– Спасибо, советник Хатрил, – киваю, изображая в ответ вежливую улыбку.

И пока остальные советники принимаются тоже всячески уверять меня в том, как счастливы, что я жива, мой взгляд скользит по этим лицам.

Сегодня, я впервые могу изучить своих вельмож не только, как человек, но и как оборотень. Вот только если определить искренность человека, зная на какие реакции тела нужно обращать внимание, ещё как-то можно, то учуять, кто из этих четверых мужчин скрывает мощнейшую ауру менталиста, я, к сожалению, не могу. Если уж Синн не смог, то куда там моей неопытной тайре, против его матёрого зверя.