Владычица Эббона

 

Скатав указ в трубочку, Синн сразу же отправляет его напрямую Биарнэ с помощью почтового футляра.

– И как же Хатрилу удавалось так долго скрывать свои способности? – интересуюсь я, откидываясь на спинку кресла. – Его биографию ведь тщательно проверяли. И если я не ошибаюсь, Ульрэна Хатрила с детства считали неодарённым. Мизерный дар проявился уже в подростковом возрасте. Но будь он чистым менталистом, это бы выяснили, разве нет?

– Выяснили бы, если бы у Ульрэна Хатрила, старшего сына покойного лорда Уиберта Хатрила были такие способности, – кивает согласно Синн, заставляя меня непонимающе нахмуриться.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Что в мертвецкой лежит тело не Ульрэна Хатрила, – мрачно хмыкает мой собеседник.

– То есть как не Хатрила? – вскакиваю я ошарашенно со своего места.

– Не Ульрэна, – поправляет меня Синн. – Тот погиб тридцать пять лет назад от руки своего единокровного брата Готтлиба, непризнанного бастарда лорда Уиберта Хатрила. И это именно он не имел почти никаких магических способностей.

В отличие от Готтлиба, который считал несправедливым тот факт, что наследником отца будет бездарный брат, а не он. Вот и устранил главную помеху, заняв место Ульрэна. Они были почти ровесниками, довольно похожи внешне, и сильному менталисту не составило труда заставить всех окружающих видеть в нём того, кого они ожидали видеть.

– Жуть какая, – сев обратно, я растерянно тру переносицу. – То есть всё это время… это был самозванец, убивший собственного брата?

– И решивший, что раз ему это сошло с рук, то он сможет и Эббоном править, посадив на трон свою марионетку, – продолжает мрачно рассказывать Синн.

– Сначала Вальдара, потом истинного Эббони, которым он тоже вознамерился управлять. Только просчитался. Вальдар настолько ненавидел тебя, дочь когда-то любимой женщины от другого, что отправил с глаз долой, несмотря на то, что именно ты родилась истинной наследницей. А ты взяла да выжила. И родовая магия не приняла Рика. А тут ещё и Сандэр начал напирать, вынуждая срочно менять планы и действовать более открыто.  

– Этот… Готтлиб случайно не сказал, кто убил моего настоящего отца? – тихо спрашиваю я, чувствуя себя совершенно разбитой.

Наверное, я должна радоваться, что заговор уже почти распутан, но почему-то не получается у меня… радоваться. Сколько жизней загублено, сколько судеб сломано, сколько крови пролито. И всё ради власти. Ради непомерных амбиций одного чокнутого подонка. 

– Вальдар.