Владычица Эббона

И он стоит за чертой, которую имеет право пересечь только истинный Владыка Эббона, за чертой, которую он не имеет права переступать. На первый взгляд Рик кажется застывшим изваянием, но когда я приближаюсь к нему, обойдя настороженного Синна, то сразу же понимаю, насколько это обманчивое впечатление. Тело моего брата сотрясается мелкой конвульсивной дрожью.

Артефакт не пускает его дальше, и не отпускает назад. Артефакт наказывает того, кто разбудил его не по праву. И если я не вмешаюсь, Рик может сгореть.

Судорожно выдохнув, я решительно шагаю вперёд.

Чувствую, как подаётся вслед за мной Синн, возможно собираясь остановить. Но в этот момент от густого покрова шевелящихся теней, скрывающих стены пещеры, отделяется одна… особо чёрная, жуткая, опасная. Огромный зверь, угольно-чёрный монстр явно принадлежащий к кошачьим. Ощерившись и рыча, он крадущимся шагом направляется к нам.

– А вот и наш некромант, – цедит мрачно Синн, закрывая меня собой. – Этот мой, Талли. Иди вставляй мозги брату. 

Дважды повторять мне не нужно.

Я не имею права медлить сейчас.

– Будь осторожен, – прошу я, устремляясь к защитному контуру. А за моей спиной с оглушающим рёвом сходятся в смертельном поединке двое оборотней.

Чем ближе я к святящейся черте, отделяющей меня от Рика и вышедшего из-под контроля артефакта, тем сильнее во мне всё вибрирует от магии, поднимающейся из глубин моего естества. Она ведёт меня, она делает меня частью этого места. Я имею право здесь быть. Я имею право пересечь контур и прикасаться к средоточию силы.

И я имею право защищать свою родную кровь.

– Рик, как ты? Скажи хоть что-нибудь, – зову я брата, шагая за черту. 

Он по-прежнему стоит на месте. И когда я обхожу его, получив наконец возможность взглянуть в лицо, из моей груди вырывается испуганный выдох. Мертвенно-бледная кожа, закатившиеся стеклянные глаза, хлещущая из носа и ушей кровь, судорожно сжатые челюсти брата заставляют меня снова чувствовать, как сжимается всё в груди стальными тисками.

Мне хочется схватить его за плечи и встряхнуть, хочется добиться хоть какой-то реакции на своё присутствие, но я знаю, что единственный способ ему помочь, это пойти и успокоить артефакт.

Потому, скрепя сердце, поворачиваюсь к родному человеку спиной, чтобы идти дальше.

Вот она я. Пришла. Готова стать точкой равновесия.

Подойдя к стволу каменного дерева вплотную, я поднимаю руки и, убрав перчатки доспеха, осторожно касаюсь ладонями шершавой холодной поверхности.