Владычица Эббона

Бредовая ситуация.

И тут я вспоминаю, что в пещере не одна. Оборачиваюсь резко и натыкаюсь на внимательный взгляд Аштена. Он стоит у кромки воды, но смотрел ли, неизвестно. Может, просто так подошёл.  

– Может быть, – пожимаю плечами, не собираясь рассказывать о том, что мне показал источник. Ни ему, ни кому-либо ещё. – А ты?

– Может быть, – ухмыляется в ответ оборотень.

Хм, смотрел, или нет? Интересно ведь. А по лицу не прочесть. Ла-а-адно. Переживу. Не моё дело, совершенно. 

– Скоро рассвет, мне нужно возвращаться в город, – произношу с некоторым сожалением.

– Я проведу, – твёрдо сообщает Аштен.

– Ладно. До ворот, – вношу уточнение, решив во что бы то ни стало настоять на своём. 

– Посмотрим, – и снова эта улыбка. Обаятельно-хищная. Хорош зараза, кто бы он ни был.

Уходить отсюда даже как-то грустно. Особенно, когда я представляю, что впереди меня ждёт новый день, наполненный государственными делами, аудиенциями и разговорами с местными чинушами. Украденная у расписанной по минутам жизни ночь подходит к концу.

Первым через расщелину по-звериному ловко выбирается Аштен, а когда это делаю я, он протягивает ко мне руки и, прежде чем я успеваю возразить, обхватывает за талию и помогает спуститься, внезапно прижимая к себе.  

– Всю ночь сегодня хотел это сделать, – бормочет, склоняясь. С явным таким намерением склоняясь. Я едва успеваю выставить ладонь, и его неожиданный и возмутительный поцелуй приходится на мои пальцы. – М-м-м, прости, моя неприступная, не могу сдержаться.

А в следующий миг он перехватывает мою руку своей, поворачивая так, чтобы прижаться горячими губами к центру ладони. Ошарашенная столь внезапным напором, я теряю целых несколько секунд, прежде вырвать руку. 

И больше ничего сделать не успеваю, потому что рядом внезапно идёт рябью воздух, по коже толпой мурашек пробегает ощущение пространственной магии, очень знакомой такой, и в следующее мгновение из открывшегося портала шагает зверски злой Синн.

– Талли!!! – рычит он, находя меня взглядом, и тут замечает рядом со мной Аштена.

Я говорила «злой»? О нет. То была всего лишь лёгкая степень раздражения. А вот теперь злой. Настолько, что даже черты лица поплыли, являя звериный оскал. Ой-ой, что сейчас будет. Первый раз его таким вижу. И от этого по-настоящему жутко становится. На что способен Синн я прекрасно представляю и совершенно не хочу, чтобы из-за моей выходки пострадал тот, кто, возможно, виноват лишь в том, что встретился на моём пути.