Владычный полк

Утром проснулся поздно, от выпитого трещала голова. Солнце уже высоко стояло. «Проспал службу, – подосадовал на себя Андрей, – а впрочем – оно и к лучшему. Дарью не встречу, сердце лишний раз бередить не буду».

Он оделся и спустился в трапезную – пивом поправиться или рассолом. Вчера вино пил, на вкус приятное, настроение поднимает, но за вечер в одиночку кувшин опустошил.

Хозяин, как увидел его, тут же поднес кружку капустного рассола.

– Пей! До дна пей, помогает, по себе знаю.

Андрей жадно выпил – во рту было сухо.

– Я вчера себя прилично вел?

– О! Песни пел – отродясь таких никто не слыхал. Только слов непонятных много. А посетители в полном восторге. Кланяться тебе велели, уж больно быстро ты потом ушел.

– Поздно было, да и выпил изрядно. Дай горяченького поесть.

– А вот шулюмчик бараний есть, в самый раз будет.

Андрей похлебал горячего шулюма, обгрыз мясо с бараньих косточек. В голове полегчало. И он решил сегодня не идти ни на торг, ни на ярмарку, а устроить себе день отдыха.

Он снова поднялся к себе в комнату и улегся. Понемногу задремал и не слышал, как в коридоре послышались шаги. Они были тяжелыми, мужскими – так ходит хозяин заведения. Раздался стук в дверь.

– Входи, не заперто.

Дверь отворилась, и на пороге комнаты появился хозяин. Да не один – из-за его плеча выглядывала… Дарья.

Андрей глаза потер руками, настолько невероятным казалось то, что он увидел.

Он вскочил с постели, и хозяин только руками развел:

– Гостья к тебе, Андрей. Я уж говорил ей, что болеешь, а она заладила – пропусти да проведи. Ты уж извиняй…

Хозяин бочком протиснулся из комнаты.

Дарья уселась на лавку, брезгливо потянула носом. Черт! В комнате наверняка перегаром пахнет.

Андрей подошел к окну и распахнул створку. В комнату ворвался свежий волжский воздух.

– Это ты так болеешь? Даже на службу не пришел.

– Смысла не вижу. А на службу я в другую церковь ходил, – соврал Андрей.

– Я к тебе по другому поводу. Беда у меня.

Какая у нее беда может быть? Брошку потеряла?

– В полдень ко мне домой человек явился, из судовой команды. Сказал, что на лодке добрался, в одиночку. Батюшка и другие члены судовой команды в плену.

– Кабы знать! То ли вотяки, то ли черемисы, то ли югры. Трофим языка не знает.

– Что на лодке приплыл.