Владыка башни

 — Лоркан поклонился в седле. — На самом-то деле я никуда не исчезаю, просто как бы ухожу из их видимости. Я для них будто гудение мухи или тень птицы на земле. Мальцом когда был, таскался по улицам Южной башни и воровал все, что мне приглянется. Они и видели, и не видели меня: я мог брать что хочу, главное было не коснуться кого ненароком. Вот только сейчас увидевших приходится убивать. — Он снова отпил вина и покачнулся, так что Норте пришлось его придержать. — Учитель, не говорите ничего Каре, — попросил юноша.

 — Ну, о том, что я там делал. Не хочу, чтобы она знала.

* * *На рассвете войско снова выступило в поход. Однако в полдень пришлось остановиться — вернулся капитан Орвен. Он подтвердил видение Дарены о большом отряде, приближающемся с запада."

"— Утром они находились в двенадцати милях от нас, милорд, — доложил капитан. — Но не могу сказать, сколько их там всего: мы видели только тучу пыли и нескольких всадников.

Ваэлин приказал войску занять боевую позицию на гребне невысокого холма, смотревшего на запад: эорхиль — построиться на флангах, лучникам Норты — образовать стрелковую цепь в ста шагах впереди.

Сеорда приготовили луки и беспрекословно встали в арьергарде, вокруг своих обозов. Сам Ваэлин занял место в центре, позади воинственных шахтеров десятника Ультина. По левую руку от него выстроилась гвардия Северной башни, по правую — люди Орвена. Дарена была рядом с Аль-Сорной, делая вид, что не замечает недовольной мины Адаля.

Люди притихли. По опыту Ваэлина, затишье перед битвой всегда усмиряло даже самые болтливые языки.

Сидя верхом на Огоньке, он смотрел на облако пыли над западными холмами. Песнь крови звучала спокойно и бестревожно. Наконец из-под серой завесы показались первые отряды: свободный строй легкой инфантерии, а за ним — веер кавалеристов, прикрывавших фланги. В первом ряду развевалось знамя, на котором были вытканы топор и колесо с шестью спицами. Прибывшие остановились в трехстах шагах.

— Опустить оружие! — приказал своим Ваэлин.

 — Вольно!

Шахтеры расступились, давая дорогу Огоньку. Аль-Сорна поднял руку, приветствуя нильсаэльца, выехавшего ему навстречу: мужчину с сухощавым лицом, обрубленным левым ухом и коротко стриженными волосами.

— Надеюсь, вы прячете где-нибудь армию побольше, милорд, — произнес граф Марвен. — Потому что этой, боюсь, будет маловато.

* * *Владыка фьефа Дарвус Эцуа был, наверное, самым старым человеком, которого доводилось встречать Ваэлину.