– Хватит Дремотихе вас терпеть! Тоже мне хозяйвá, ёктыть…
Он опустился на колени и подкрался к той, которая была поближе. Конечно, в роте были сапёры и поопытней его. Но где они теперь, его надёжные сапёры? Отдыхают после боёв где-нибудь в Польше, поглядывают на красовитых полек и думают, как бы которой юбку задрать… Завидуют небось ему, своему бывшему командиру роты: мол, Кондратий Герасимович давно дома, на печке пироги ест под бочком у хозяйки. А тут вон какой бочок – мины да пни, а уголья и горелые кирпичи вместо домов…
Он зажал взрыватель и повернул его против часовой стрелки.
Слава богу, резьбу ещё не прихватило ржавчиной. И тут же подумал: что ж я, дурак, делаю, ведь поле всё равно одному не очистить, тут надо отделение сапёров, с миноискателями и щупами…
А почему не очищу? Надо очищать. Кому, кроме меня, подумал он уже спокойнее, нужна его Дремотиха и его Нелюбичи? Кому? Что-то пока не видно никого других охотников…
Через два дня он снова поехал в райцентр. И возле станции опять увидел мальчика, того самого, которого угостил сахаром.
Тот тоже его узнал. Сощурил облупленный от загара нос и сказал:
– Меня Трохой зовут.
– Трофимом, что ли?
– Наверно…
– А чей же ты, Троха-Трофим, будешь?
Мальчик пожал плечами, и улыбка безразличия мигом слетела с его замурзанного лица.
– Где ж ты живёшь?
– Да… – махнул рукой мальчик. – Живу. Где придётся, там и живу. Сейчас в сторожке, при станции.
– Значит, ты ничей. Сын полка? Так, что ли?
– Хотел я на фронт сбежать, – вздохнул Троха-Трофим, – но не вышло.
В Смоленске облава… Вернули… Чуть в детдом не попал. Туда теперь лучше не соваться. Милиция кругом, и нашего брата мигом отлавливают и – в казёнку.
– В казёнку?
– Ну да, в детский дом. В казённый.
– Понятно. А хочешь, Троха-Трофим, со мной жить?
– У тебя? – Мальчик недоверчиво смерил его взглядом. – А у тебя дом есть?
Вопрос мальчика смутил Кондратия Герасимовича. И правда, ну куда он его зовёт? Ни кола, ни двора. Скоро продукты закончатся. Чем кормить мальца? Во что одеть? Куда ни крути, одежда и котловые – это главное.
Дом – потом, во вторую очередь. Но и дома нет. Ничего у него нет.
– Будет у нас дом. Будет. Пойдём со мной, Трофим. – И Нелюбин подал мальчику руку. – Зови меня дядя Кондрат. Я из Нелюбичей. Вдвоём не пропадём.
– Вдвоём-то да, легче. И пожрать раздобыть, и по садам лазить, и от милиции бегать…
– Не будем мы теперь с тобой ни от кого бегать. Заживём порядком. Как все. Документы выправим. Что нам с тобой милиция.
