Зачем в детской эта кровать? Для няньки? — морщила она накрашенное личико, глядя на кровать, в которой мы однажды с Мироном случайно уснули. — Скажу Мирончику, он её вынесет на мусорку. В детской должен спать только ребенок.
И снова я молча закатила глаза.
— Пойдём, Тимка, кушать, — послала я мысленно Алину в далекое пешее, но пошла она, почему-то, следом за мной и Тимкой в кухню. — Садись, мой хороший. Пристегиваем ремни, сейчас полетят самолётики.
— Не нужно с ним сюсюкать. Он вырастет размазней, — менторским тоном указала мне Алина.
— Тимка еще совсем ребенок. И я буду разговаривать с ним так, как нужно разговаривать с ребенком.
— И что только Мирон в тебе нашёл? — окинула она меня брезгливым взглядом.
— Профессиональные качества няни, — выронила я, едва сдерживаясь от того, чтобы не начать драку маленькой ложечкой. Только присутствие рядом Тимки останавливало меня от полномасштабного конфликта на повышенных тонах.
— Ну, да, — хмыкнула Алина. — Больше в тебе ничего и нет. В общем-то, Мирону это и нужно было, чтобы рядом с ним находилась тень, которая его будет обстирывать, кормить, убирать и в рот заглядывать… С его холодностью и неспособностью любить такая, как ты, — отличный вариант.
А ты ещё и юная, совсем ручная…
«С его холодностью и неспособностью любить»? Эта женщина, вообще, хоть немного знает Мирона или она ошиблась квартирой?
В мыслях отчего-то сразу всплыли слова того байкера из бара, который сказал о важности поступков, а не внешнем лоске.
Если оценивать Мирона по поступкам, то более заботливого, внимательного и любящего своего сына человека не найти во всем мире.
Как она, живя с ним в браке, не смогла этого разглядеть?
— Помнится мне, по вашему спектаклю перед Екатериной Михайловной с натужными слезами, вы пришли сюда, чтобы уделить внимание своему сыну, а не мне. Может, вам нужен указатель, чтобы вы не забывали, кто из нас двоих ваш сын? Или я могу позвонить Мирону, чтобы он приехал и всё вам объяснил. Уверена, у него это получится лучше.
"
"— А знаешь, ты права, — согласно кивнула Алина, нервно прикусив внутреннюю сторону щеки. — Пожалуй, хватит тебе моего внимания. На сегодня. Тимур, — позвала она его так, будто малыш должен был выпрямиться по стойке «смирно». — Идём со мной. Пусть твоя няня займётся своими хозяйственными делами.
— Он еще не поел, — попыталась я воспротивиться, но не бить же мне по рукам матери, которая берет своего ребенка на руки.
— Он и не ел.
