В нижней его губе обнаружила ранку, из которой эта кровь и сочилась. Меня снова повело.
— Всё хорошо, мой хороший. Всё хорошо, — бормотала я, чтобы подбадривать Тимку, который перестал плакать и теперь увлекся упаковкой пластыря. Заодно себя держала в равновесии, понимая, что мне просто нужно продержаться, хотя бы до приезда Мирона.
Он уже едет. Осталось совсем немного подождать.
Больше с пола я встать не смогла. Просто не нашла в себе сил. Меня хватило только на то, чтобы убрать от Тимки повыше аптечку, оставив ее у плиты.
Прижимая к себе Тимку, который, казалось, уже забыл о случившемся, услышала хлопок входной двери, следом — быстрые шаги.
— Майя! — от звука знакомого голоса даже легче дышать стало.
— Мы здесь, — крикнула я вяло в ответ.
Со сверкающими глазами, в которых отражалось всё от злости до паники, Мирон упал перед нами на колени. Взял у меня из рук сына и вместе с ним прижал к себе и меня.
— Ты выдержала, — выдохнул он мне в макушку, пока я с закрытыми глазами слушала его барабанящее в груди сердце.
— Прости меня, пожалуйста, — разрыдалась я, цепляясь за пальто Мирона. — Я не должна была ее впускать… Ты же предупреждал…
— Ты не виновата, — легкий поцелуй в макушку мог бы меня успокоить, но входная дверь снова хлопнула, и в этот раз в квартиру вбежал кто-то ещё.
— Майя, Тимка! — кричал ещё один знакомый голос.
— Всё нормально, Матвей. Мы здесь, — ответил ему Мирон.
Через секунду на пороге кухни показался Матвей, глаза которого мгновенно полезли на лоб, стоило ему посмотреть на нас троих, обнимающихся сидя на полу.
— Твою мать! — выронил он и прикрыл рот ладонью. — Надеюсь, это кровь Алины на тебе, а сама она валяется под окном башкой в урне?
Не до конца понимая, о чем он, опустила взгляд и обнаружила на светло-голубой футболке пятна крови, которых особенно много оказалось на том плече, к которому я прижимала всё это время Тимку.
— Вот это тебя колбасит! — едва ли не присвистнул Матвей, подходя к нам.
— Возьми Тимку, — сунул сына ему в руки Мирон, а сам подхватил меня за плечи и помог встать, сразу усадив на стул.
Наполнил стакан холодной водой и протянул мне. — Попей немного.
— Спасибо, — прогнусавила я и, взяв стакан, расплескала половину его содержимого трясущейся рукой. — Забери, — расплакалась тут же, протягивая стакан обратно.
— Не волнуйся. Всё, — обнял меня Мирон за плечи. — Всё в порядке. Ты молодец.
— Я её впустила… Разрешила остаться… Отдала Тимку…
— Ты не виновата.
