Влюбись в меня

– Зачем он мне, когда есть видео по запросу?

– У тебя нет DVD-дисков, а мама до сих пор готовит тебе чай, – покачав головой, сказал Рис и поднял стакан. – Что я вообще здесь делаю?

– Иди ты! – Я стукнула его по бедру – по очень твердому бедру. Ого. Когда я отдернула руку, мои пальцы покалывало. – Как ты узнал, что этот чай не я приготовила?

– На вкус точно такой же, как у твоей мамы, – объяснил Рис, сверкая синими глазами. – А если мне не изменяет память, твой чай вкусом напоминает разведенный водой керосин.

– Вовсе нет, – рассмеялась я.

– Ладно, ты прав. Я не могу найти пропорции чая и сахара.

– Слушай, я не шутил, когда предложил тебе научиться стрелять. Это никогда не лишнее.

– Не знаю. Видишь ли… меня пугают пистолеты, – призналась я. – Фактически с пистолетом в руках ты получаешь возможность оборвать чью-то жизнь. – Я покачала головой. – Это слишком… большая ответственность.

– Малышка, ты ведь знаешь, что даже камень в дурных руках может менять чьи-то жизни и даже обрывать их.

Пистолет ничем от него не отличается.

Мне было не по себе от этих слов, но я не могла не признать его правоту. И все же оружие было частью его жизни, но не было частью моей. Когда я была маленькой, у папы были охотничьи винтовки, но я их почти не видела. Он держал их под замком, и мне даже в голову не приходило купить себе оружие.

– Просто нужно распоряжаться им с умом, – продолжил он. – Подумай об этом. Ради меня.

– Я подумаю, – ответила я и посмотрела на экран. Какой-то парень с ирокезом махал CD-диском.

 – Что ты делал у отца?

Рис отпил из стакана, а когда отставил его, кусочки льда тихо звякнули. Повисла тишина, и мне захотелось хорошенько себе врезать. Рис не любил говорить об отце. Я не на шутку удивилась, когда он посмотрел на меня и ответил за секунду до того, как я попыталась сменить тему.

– Что? – поразилась я. – Когда это случилось?

Вопрос был довольно глупым, ведь последние одиннадцать месяцев я его к себе не подпускала.

– Честно говоря, я и сам не знаю.

В начале лета все было в порядке. Они с Элейн поехали отдыхать во Флориду. – Он запрокинул голову, посмотрел в потолок и сухо усмехнулся. – Хотя папа не умеет говорить начистоту. Он уверял нас с Колтоном, что все хорошо, но это ни черта не значит. Он неисправимый лжец.

Я на миг поджала губы.

– Он сказал, что случилось?

– А сама как думаешь? – спросил Рис, снова поворачиваясь ко мне.

– Он ей изменил? – вздохнув, предположила я.

– Ага.