Влюбленным вход воспрещен!

Я решила, что должна поспешить к ней на помощь, выскочила из кабины, бросилась к милиционеру и зачастила, безбожно коверкая родной язык:

– Не ругайся, начальника! Мустафа не голубой, он просто анаша курил, у него в башка все перепуталось, он теперь себя за баба считает!

– Что?! – милиционер побагровел. – Еще и анаша? А ну, колитесь, абрикосы вяленые – где анашу брали?

– Прости, начальника! – заторопилась я, почувствовав, что только усугубила наше положение. – Мустафа не анаша курил, а простые сигареты, это я по-русски плохо говорю, не знаю как правильно называется… у нас всякий курево анаша называют…

– Что же у него – от простых сигарет крыша поехала? – недоверчиво переспросил сержант.

– Ага, – кивнула я. – С непривычки! У нас дома сигарет нету, у нас ничего нету, вот он и отвык…

– Достали вы меня уже! – рявкнул сержант. – А ну, показывайте – что везете?!

– Ничего не везем, начальника! – еще больше зачастила я. – Совсем ничего! На стройка работали, теперь домой едем!

– Открывай автобус! – продолжал горячиться милиционер.

Он подошел к задней двери микроавтобуса и остановился перед ней, широко расставив ноги и положив руку на кобуру в позе белого надсмотрщика на хлопковой плантации.

Я взглянула на сестру, но ждать от нее поддержки не приходилось: Ольга все еще была в полной прострации.

Делать нечего – пришлось открыть дверцу автобуса.

– Ага! – радостно проговорил сержант, увидев плотно набитые мешки. – Это у вас называется «ничего»?

– Да я же говорю – плохо по-русски понимаю! – принялась я оправдываться.

– Ну все, вы меня достали! – рявкнул сержант. – Вот мы сейчас проверим, какое тут у вас «ничего»…

Он схватил один из мешков и одним рывком подтащил его к двери.

Я побледнела: это был тот самый мешок, в который мы упаковали несчастного Каренина…

– Не надо открывать, начальника! – взмолилась я, попытавшись оттащить его от автобуса.

– Ах, не надо? – сержант плотоядно ухмыльнулся.

– Зачем анаша? – я еще больше растерялась. – Не знаю никакая анаша! В жизни не видел анаша!

– Последний раз спрашиваю – что в мешках?

– Мусор! – воскликнула я.

– Ах, так ты еще и обзываться? – сержант еще больше рассвирепел.

Я оглянулась на Ольгу, надеясь, что она очухалась и придет мне на помощь… и пришла в еще больший ужас: сестра подкрадывалась к сержанту с разводным ключом в руке!..