Влюблённая ведьма

Господи, ведь на самом деле это была такая ерунда!

Пакет все же выскользну из моих пальцев, но мне было все равно, что мои подарки могли разбиться.

«Я действительно тебя люблю».

— Иди ко мне, — тихо сказал Олег, словно прочитав мои мысли, и распахнул объятия — абсолютно неожиданный для него жест, но наполненный таким теплом, что я, почувствовав прилив нежности, прикусила нижнюю губу — чтобы по-настоящему не заплакать.

И я пошла к нему. Нет, побежала. Не понимая, что делаю, с разбегу бросилась в его объятия, обхватив ногами за пояс, а Олег тотчас подхватил меня на руки.

Я крепко обнимала его за шею, вдыхая теплый, едва уловимый аромат его одеколона с нотками смородины и прижимаясь своей щекой к его щеке. Он легко удерживал меня, и я была уверена, что не упаду.

— Я скучала, — прошептала я и потерлась носом о его скулу. — Я очень скучала. Почему ты не позвонил раньше?

— А почему ты не приходила раньше? — выдохнул Олег и сильнее прижал меня к себе. — Я тебя ждал.

— Очень ждал? — Я отстранилась, чтобы заглянуть в его глаза.

Мне не верилось, что я снова могу делать это. Снова могу обнимать этого человека. Вроде бы глупость, а хочется кричать от счастья.

— Очень, — серьезно ответил он. Его взгляд больше не был колючим и жестким, как мне казалось раньше. Теперь он был добрым, наполненным заботой и светом. Мне вспомнилось вдруг, как Олег бесил меня в первую неделю нашего знакомства. Был высокомерным и злым, до ужаса правильным и скучным — по крайней мере, мне так казалось. Знала бы я тогда, какой он на самом деле… Почему мы открываем людей не сразу? Почему не понимаем, кто действительно прекрасен, а кто не стоит нашего внимания? Почему не видим насквозь, не смотрим в сердца, не замечаем души? Почему мы способны так легко и беспечно пройти мимо своего счастья? Это расплата за собственную самоуверенность? Или испытание, которое способны пройти далеко не все?

— Как же так? — сдавленно произнесла я.

— Как же так вышло? Мне так жаль, Олег, — мой голос снова стал глухим, и я не сразу поняла, что из моих глаз потекли слезы.

 — Мне очень жаль.

— Не плачь, Татьяна, — нахмурился он. — Не нужно плакать, хорошо?

Но разве эти слова остановят девушку? О нет, стоит только парню сказать, что плакать не стоит, как слез становится в несколько раз больше. Не знаю, как это работает — наверное, это магия, не иначе! — но мое лицо стало мокрым от слез, и сердце в груди предательски сжималось. Он рядом, со мной, он — мой. И я больше никогда его не отпущу. Никогда.