Влюблен и очень опасен

Из домика он выбрался через окно, выходящее на море. Это будет запасной выход. Теперь нужно разобраться с кустарником ежевики. Здесь надо поработать – выстричь проход. В железном заборе тоже нужно проделать брешь, чтобы в случае опасности Настя спокойно могла пройти.

Забор от края обрыва отделяла узкая кромка скального грунта, полтора-два метра для такого случая – совсем не расстояние. В свете луны, ощупывая почву под ногами, Марк осторожно приблизился к самому краю. Скала обрывалась фактически под прямым углом, море так далеко внизу, что не видно, где оно сливается с берегом.

Зато на крутом склоне просматривалась тропка. Марку подумалось, что такой подъем под силу только человеку-пауку. Но вряд ли он живет в Тепломорске.

Завтра надо будет заехать в спорттовары, запастись альпинистским снаряжением, заранее натянуть спусковой трос на случай аварийной эвакуации. А еще лучше установить пожарный самоспасатель с крепким тросом и удобной для спуска косынкой. Но это будет только завтра, а пока что нужно довольствоваться тем, что есть.

Марк двигался бесшумно, хотя особой необходимости в этом не было. Ветер так шелестел в кустарнике, что мог бы заглушить топот слона.

Сначала он обследовал подступы к отелю. С юга и запада – обрыв, с этого направления к нему так просто не подберешься, если не считать лестницу, по которой отдыхающие спускались к морю. С севера тянулась дорога, с востока – лес; эти стороны и следовало взять под контроль. Марк неторопливо и обстоятельно установил камеры, датчики, тщательно замаскировал их.

Не поленился он сбегать к серпантинному шоссе, с которого свернул к отелю. Там он аккуратно снял стрелку с указателем и сбросил ее со скалы вниз. «Ветром сорвало», – мысленно улыбнулся Марк.

Еще несколько камер нужно было установить на территории отеля. Но это не сейчас, а утром. Глупо было бесшумной тенью шастать по освещенному двору в маскхалате, если завтра можно будет пройтись по нему и, не привлекая к себе внимания, прилепить камеры куда нужно.

Марк вернулся к домику, легко перемахнул через забор, миновал ограду из колючего кустарника, тихонько пробрался в прихожую и вдруг услышал плач.

Плакала Настя, и это так его взволновало, что он забыл снять маскхалат, в котором был похож на бесформенного лешего. Ни голова в нем не выделяется, ни рук, ни ног – одно сплошное грязно-зеленое пятно. Настя испуганно вскрикнула, увидев его. Хорошо, что Марк не стал разрисовывать лицо маскировочной краской, иначе она вообще могла бы стать заикой.