Джереми тяжело опирался на плечи Дэнни, но, несмотря на стройность, она была сильной и выдержала. И в коридоре он ее не отпустил — попросил довести до комнаты. Дэнни рассудила, что проще будет согласиться, чем вступать в долгие пререкания. Но и в комнате он не позволил ей уйти: теперь он сам не мог улечься.
Подозрения Дэнни усилились, особенно когда он неуклюже доковылял до кровати и плюхнулся на нее. И подмял под себя Дэнни. Оказалось, неподвижный Джереми дьявольски тяжел. Дэнни заерзала, попыталась сбросить его, но это был напрасный труд.
— Не вздумайте заснуть, приятель, — буркнула она. — Сначала отпустите меня, а потом…
— Лежи смирно, — со стоном предупредил он. — Кажется, меня сейчас вырвет.
Дэнни замерла. На миг она и забыла, что Джереми пьян. Теперь она опасалась самого худшего — целых пять секунд. Пока он не повернул голову так, что будто ненароком коснулся ее губ.
Дэнни отвернулась. Ей не хотелось верить, что Джереми способен хитростью заманить ее в постель, но он не оставлял ей выбора.
А он уже ткнулся губами в ее шею, вызывая дрожь во всем теле, и Дэнни услышала:
— Ты же знаешь, как я тебя хочу. Скрывать это бессмысленно. Нас ждет незабываемое наслаждение, детка. Перестань отбиваться."
"Чтобы не поддаться искушению — в отчаянии, ибо от каждого слова Джереми слабела ее воля, — Дэнни повернулась к нему, собираясь дать совет, как ему поступить со своим вожделением. И опять попала в ловушку. Она сопротивлялась, по крайней мере старалась, но вдруг забыла все причины, по которым целоваться с Джереми не следовало.
Она уже давно размышляла, какими могли быть эти поцелуи. Люси рассказывала, что поцелуи бывают слюнявыми, взасос, пьяными и настоящими. Последние — большая редкость, они способны вызвать плотское влечение.
Именно это сейчас с ней и происходило. И Дэнни знала почему. Ведь она целовалась с Мэлори, а к нему ее влекло, как никогда и ни к кому. Хоть он и выпил, на его поцелуях это никак не отражалось — совсем напротив.
Дэнни даже задумалась, не станет ли первый ее поцелуй лучшим из всех, по сравнению с которым померкнут все остальные.
Прекратить это следовало немедленно, пока она не распробовала Джереми. Он грозил навсегда избаловать ее: Дэнни знала, что он лучший из лучших, а кому под силу соперничать с не имеющим себе равных? Но меньше всего ей в эту минуту хотелось отбиваться и протестовать.
