Вначале было слово

Кроме того, бедро Ксюши покрылось кровоподтеками от лоу-киков. И опять же, они не слишком затрудняли движения гребчихи. А Вершинина устала. Когда Истомина в очередной раз выбросила вперед руку, Ириша отклонила корпус, оставив ноги на месте. Ксюша тут же использовала свою коронную подножку. Вершинина успела в воздухе слегка развернуться, упала не на спину, а на бок. Еще секунда — и она бы отскочила в сторону. Увы, Истоминой быстроты и резкости тоже было не занимать. Гребчиха обрушилась на Иришу всей массой, сковала ее, лишив возможности проводить контрприемы, уселась сверху.

Затем наступил самый ужасный момент. Пальцами левой руки Истомина, словно клещами, сдавила оба запястья Ириши. Вершинина начала вырываться, но куда там! Пальцы Истоминой, привыкшие крепко держать весло, так же намертво удерживали запястья Вершининой. Ириша, как ни билась, не могла освободить две свои руки из хватки одной руки гребчихи.

— Эффектно, — снисходительно захлопал Марципанов. — Теперь давай кончай ее.

Наверняка для Истоминой это не составляло труда.

Ухватить железными пальцами изящную шейку Ириши и мощно сдавить, перекрыв доступ воздуха, — минутное дело. Но Ксюше претила отвратительная роль убийцы. Она встала и с вызовом посмотрела на Марципанова. Тот, разъяренно глядя, ответил:

— Дрянь! Даю тебе слово — ты об этом пожалеешь! Сильно пожалеешь!

Повинуясь хозяину, охранники бросили девушек в яму. Участь Ксюши была предрешена. Что же касается Вершининой, то здесь у Марципанова возникли сомнения.

Больно хороша девчонка. Боец посредственный, зато личико и фигурка… А если ее использовать по прямому назначению? Потешиться недельку, а затем отдать на растерзание боевикам. Только сперва окончательно сломать, чтобы была как шелковая.

Глава 22

Абрам получил ответственное задание — обеспечить хозяина свежей дичью. Охранник медленно шел по лесу, бдительно глядя по сторонам и внимательно прислушиваясь. Увы, все его старания были тщетны. Лесные жители нагло издевались над ним.

На глаза попадалась только несъедобная пернатая сволочь да разная летающая мелочь типа чижей. Абрам щедро отпускал в адрес Буйка и Локтя крепкие выражения. Угораздило их, придурков, так осложнить ситуацию. Теперь людей едва хватало. Раньше охотились вдвоем-втроем, теперь же вся ответственность ложилась на Абрама. А Абрам очень не любил ответственности. Он всегда выполнял чьи-то поручения, ему расписывали все его действия до мельчайших подробностей.