На дальних дворцовых караулах, мимо которых не пройти, часовые – злее собак. Сколько раз видел, как они зевак тычками да прикладами гоняют.
Ждать, пока закончится маскарад, и подбежать к кому из знакомых? Так ведь это сколько еще торчать на холоде. Пожалуй, дух испустишь.
Недоступный дворец сиял чудесными огнями, ветер доносил звуки небесной музыки – видно, начались танцы. Там, за оградой и черными деревьями сада, был истинный Эдем. Обретаясь внутри сего райского вертограда, неблагодарный Митридат не ценил своего счастья, теперь же неземные врата замкнулись, и изгнанник остался наедине с ночью, злым северным ветром, ледяной моросью.
Идти некуда, но и стоять нельзя – погибнешь.
Бывший небожитель, гонимый ненастьем, дрожал и всхлипывал, уныло бредя прочь от Эдема медленной стопой.
Глава седьмая
Большие надежды
Это просто буря, сказал себе Николас, протирая глаза. Просто дождь вперемешку со снегом, просто северный ветер, и затянувшейся теплой осени конец.
Приснившееся откровение про хрустальный гроб оказалось на ясную голову совершеннейшим идиотизмом, но утро и в самом деле явило себя помудреней ночного паникерства.
Николасу пришла простая и продуктивная мысль, от которой страх и растерянность – нет, исчезнуть не исчезли, но по крайней мере локализовались.
Ты ведь специалист по советам, сказал себе Фандорин. Представь, что к тебе пришел человек с такой вот сложной проблемой. Что бы ты ему присоветовал?
И мозг сразу сбросил балласт эмоций, заработал быстро и деловито.
Во-первых: на милицию, которая не может защитить приговоренного к смерти налогоплательщика, мы надеяться не будем.
Разбитной опер с подозрительно дорогим мобильником доверия не вызывает. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Вот основополагающий принцип российской жизни, который следовало бы включить в конституцию, чтобы не создавать у населения ненужных иллюзий."
"Во-вторых: зацепка, по которой тосковал капитан Волков, кажется, все-таки есть.
Откуда мнимый Кузнецов взял адрес фирмы? В объявлении был дан только контактный телефон – не «Страны советов», а главного редактора газеты «Эросс».
Алтын пообещала, что сама будет отсекать всех неперспективных, и, хоть кое-кому из «эроссиян» удавалось хитростью или по случайности прорваться через этот кордон, но большинство сумасшедших и извращенцев все же отфильтровывалось еще в редакции. Однако Кузнецов прорвался. Каким образом?
Николас набрал номер мобильного телефона жены.
– Я, – раздался в трубке знакомый хрипловатый голосок.
