Внук сотника

Да, это был настоящий цирк – малец работал на шесте не хуже тех артистов, которых Мишка видел еще в ТОЙ жизни. Видимо, Ходок сам в прошлом выступал именно с этим номером и обучил ему Роську. Зачем? Кто знает? Может быть, со скуки, может быть, думал, что когда-то снова придется вернуться к циркачеству.

– Дядька Никифор, – тихонько спросил Мишка, – а как Ходока на самом деле зовут?

– Иудей, что ли? Не похож…

– Да кто его разберет! Когда надуть кого-то надо или поторговаться – иудей, как меды пить и песни орать – наш, как драться – берсерк нурманский, а как девок улещивать… Гм, это самое… В общем, непонятно кто, но кормщик изрядный – таких поискать.

– Ростислав. На ляшской ладье был, когда они пять лет назад нас на Висле захватить хотели. Ха! Не на того напали! Была ляшская ладья, стала моей, а Роська в придачу достался, не убивать же его.

– Ну как, хозяин? – запыхавшийся малец подскочил к Никифору и Мишке. – Понравилось?

– Ловко, молодец, Роська! Ну, Михайла, вот тебе и еще подмога.

– Отличная подмога, дядька Никифор, только шест, наверно, и Андрей подержать может, он сильный, а Ходок пусть между зрителями так и работает, как сегодня. Ходок, ты как, согласен?

– Почему нет? Андрей вместо меня справится, а вот Роська вместо Андрея? Не забоишься под ножи встать?

Никифор сразу же построжел.

– Да ты что, Ходок, ребенка…

– То-то что ребенка, хозяин, еще страшнее получится, а ребята не промахнутся, я видел, как они работают.

– Кто? Я? – тут же возмутился пацан. – А давай прямо сейчас встану. Михайла, кидай в меня! Вот увидите: не моргну!

– Ну, вставай, – Мишка извлек кинжал из ножен, привычно подкинул его и поймал. – Только не дергайся, а то сам под лезвие подвернешься.

– Михайла, Ходок, да вы что, ополоумели все? – Никифор разволновался не на шутку. – А ну-ка, прекратите!

– Не бойся, дядька Никифор, – успокоил купца Мишка, – мы все по очереди так стояли, как видишь, дырок на нас нет.

На первых двух бросках Роська моргал, потом собрался и стоял совершенно спокойно, только на лбу выступили капли пота.

– А вот и музыка пожаловала! – торжественно возвестил Ходок. – Здорово, Своята! Подзаработать хочешь?

«Художественный руководитель ансамбля» – тощий, кривобокий и сильно прихрамывающий дядька – производил впечатление отнюдь не музыканта, а скорее злодея с садистскими наклонностями.