А пахло от нее и впрямь восхитительно – так пахла ранняя весна, пробуждавшая к жизни цветы и все деревья вокруг. И она, эта красавица, сама того не осознавая, пробудила к жизни и его, Гарри…
– Гарри, что с тобой? – В голосе Софи послышалось замешательство.
Молодой человек поднял голову и пробормотал:
– Милая, я пытаюсь вести себя как джентльмен.
Софи улыбнулась, и Гарри заметил, как припухли ее влажные губы.
– В этом нет необходимости.
Гарри глухо застонал. О, неужели ему не удастся сохранить хоть каплю чести и достоинства?
– Конечно, есть необходимость… – проговорил он хриплым шепотом.
Улыбка Софи стала еще шире, а вспыхнувшие в ее голубых глазах огоньки осветили все вокруг чудесными яркими красками.
– Любимая, я должен сдерживаться… – пробормотал молодой человек – и снова впился в губы девушки страстным поцелуем.
Сердце Гарри едва не разбилось о грудную клетку, когда Софи прижалась к нему всем телом и прошептала:
– Но я не хочу сдерживаться. – Она опять вцепилась в его плечи.
Дрожащими пальцами Гарри расстегнул еще несколько пуговиц на вороте ее платья. Он решил, что продвинется чуть дальше, но потом остановится. Оставалось лишь вымаливать у Всевышнего сил, чтобы сделать это."
"Однако самообладание едва не покинуло молодого человека, когда лиф платья Софи, спустившийся вниз, явил его взору бусины розовых сосков, натянувшие тонкую ткань сорочки. Гарри со стоном наклонил голову и коснулся губами одного из сосков. Сдавленный крик девушки эхом отозвался у него в ушах.
Зная, что приближается к точке невозврата, молодой человек принялся поглаживать грудь девушки. Она громко застонала, и Гарри, повинуясь порыву, потянул вниз кружевной ворот сорочки, обнажая нежную плоть. Реальность оказалась гораздо привлекательнее снов и фантазий. Гарри и днем, и ночью мечтал о нагой красоте Софи с тех самых пор, как обнаружил ее, плакавшую, в саду возле дома лорда Олдхейвена. Он немного отстранился, чтобы насладиться чудесным зрелищем.
– Ты такая красивая… – Гарри с благоговением провел пальцами по молочно-белой коже, затем стал целовать изумительные груди.
Дыхание Софи сделалось прерывистым, и она пробормотала:
– Я всегда чувствую себя красивой рядом с тобой. Такого со мной прежде не бывало.
И сейчас она казалась такой беззащитной и такой беспомощной, что сидевший внутри Гарри голодный зверь тут же был укрощен. Разочарованный и вместе с тем благодарный провидению за помощь, Гарри вздохнул и сделал шаг назад.
