Во власти Деспота

 – Поделишься радостью?

– У нас тоже второй мальчик. Назвали Константином. Дрыхнет наш малыш в спальне.

– Девочки, вы как? Не скучаете без нас? – в детской раздаётся голос хозяина.

– Нет, мы с Мирой лошадку раскрасили! – тут же отзывается Карина.

– А мне позволили пятнадцать минуть полежать и ничего не делать.

Роман подошел к жене, вытянувшейся (насколько это возможно) на кровати дочери, и опустился на колени.

Взял ее за руку и нежно поцеловал в губы.

– Нет, все отлично. Хорошо быть бездельницей.

От них исходят волны взаимопонимания и умиротворения.

Мне бы хотелось, чтобы и у нас с Марибом было трепетно и тепло, чтобы в его взгляде сквозила такая непоколебимая уверенность. Роман так нежно и с тихим восхищением смотрит на жену… каждая женщина мечтает, чтобы на неё смотрели вот так.

Мариб не подошёл ко мне. Просто остался стоять в стороне, пока Карина не увидела его, не подорвалась и не бросилась ему на шею, в мгновение ока позабыв о том, что мы договорились вместе ещё расклеить наклейки.

Мне почему-то захотелось плакать. Да ещё и Яна такая счастливая… улыбается мужу с нежностью…

– Можно мне… – я замялась, оборачиваясь, потому что вдруг стало неловко произносить сейчас слово «туалет», но молодая хозяйка без лишних уточнений пояснила:

– Прямо по коридору и направо, – весело мне подмигнула.

Выжимая из себя улыбку и воодушевленно бросая «спасибо», я выхожу из детской, опустив глаза в пол и протискиваясь мимо Мариба, который подвинулся, но в последний момент вдруг перекрыл мне дорогу.

Бережно прижимая к себе ребёнка, он легко дотрагивается до подбородка, заставляя посмотреть на него, и, слабо кивая головой, буравит нахмуренным взглядом, словно спрашивая:

Я вновь приклеиваю искусственную вымученную улыбку и тихо бормочу себе под нос:

Добравшись до уборной, я подбежала к раковине, тут же включила кран и приложила руку ко рту, чтобы никто не слышал тихих всхлипов.

Ещё недавно в душе всколыхнулась надежда, когда Мариб обрадовался новости о том, что малыш здоров и у нас будет мальчик. Но Яна и Роман заставили посмотреть на нас с Марибом под другим углом: настоящее счастье – оно совершенно иное. Оно озаряет светом всех вокруг, а не урывками мелькает в редкие моменты радости.

И теперь тело трясётся от беззвучных рыданий.

Хозяева очень настаивали, и мы остались на ужин.