Во власти Деспота

Девочка ещё…

Он тянется к моим губам в мягком касании. Так сладко…

А я слегка отстраняюсь и тянусь к манжете чёрной рубашки. С трудом расстёгиваю пуговицу на намокшей ткани. Затем другую. И стягиваю с мужчины остатки одежды, а он подаётся вперёд, помогая мне.

Мариб снова включает душ, но теперь тяжёлые капли падают на нас сверху. Он вновь налегает на меня всем телом, продолжая начатое, тяжело дыша.

С силой выталкивает:

– Говори, если больно.

Его движения на этот раз неторопливые, намного сдержаннее, медленнее, мягче.

По его дыханию чувствуется дикое напряжение, но Мариб не спешит. А я касаюсь его крепкого тела, и стыд внезапно отступает, укрывая настоящей волной ответного желания, как только Мариб чуть прикусывает шею. Я теряюсь в собственных ощущениях, потому что их слишком много и они все неожиданно обрушиваются. Целый шквал бередящих душу эмоций. Мужчина позволяет мне к нему привыкнуть и вновь почувствовать, но хватает его ненадолго. Когда он начал ускорять уже и без того ставшие порывистыми движения, я почувствовала, как ощутимо приложилась затылком к стене, негромко вскрикнув. Мариб тут же переместил руку выше, положив широкую ладонь мне под голову, продолжая наращивать темп.

На мгновение мне становится стыдно за те стоны, которые с каждым дерзким движением вырываются из груди и так громко отражаются от стен ванной комнаты, поэтому я стараюсь сдерживаться хоть немного.

Мариб губами впивается в шею, берет меня неутомимо и страстно.

Ласково шепчет что-то на ухо, а я улавливаю лишь одно слово:

И именно оно взрывается ярким салютом, чередой красок, сменяющих друг друга сладких вспышек, омывая тело приятным теплом.

Я никогда такого не чувствовала…

Я принадлежу ему. Сейчас. В эту минуту. И именно в эту минуту я ему нужна. Но когда он с тихим стоном замер, оставаясь во мне, неприглядная реальность начала топить затуманенное страстью сознание.

Больно думать о том, что для него это всего лишь секс. Да и для меня он тоже должен быть таким. Но вопреки всему душу рвёт нежность к этому человеку.

И страх. Я боюсь момента, когда Мариб отвернется от меня.

Не хочется открывать глаза, пытаюсь продлить сладкие желанные мгновения, втягивая в себя самый потрясающий запах: запах этого сильного несгибаемого своевольного мужчины.

Чувствую твёрдое прикосновение к своему лбу, тихий шёпот в губы и тепло согревающего, уже выравнивающегося дыхания.

– Привет, малыш, – все же распахиваю глаза и понимаю, что Мариб смотрит мягко… нежно… как будто с восторгом.