Во власти соблазна

– Уопсл, как зовут второго агента?

– Я называю его мистер Л, – уклончиво ответил тот.

Степан решил, что ему пора занять законное место в семейном бизнесе Казановых.

– Опишите его внешность.

– Он высокий, как и вы, с каштановыми волосами, хорошо одет, но не так дорого, как вы.

– Вы называете его мистер Л, но ведь вам известна его фамилия?

В голове у Степана забрезжила мысль, довольно нелепая, похожая на выстрел вслепую.

– А зовут его не Александр?

Степан не ответил, не в силах поверить в то, что наверняка было истиной.

Но ведь факты не лгут. Компания под названием «Семь голубок», агент по фамилии Паддлз, девушка, которая умеет угадывать мысли. Братья ему точно не поверят.

– Где мы можем найти Паддлза? – спросил Инверари. Степан не удержался от смешка, заработав еще один строгий взгляд.

– Я не ищу Паддлза, – ответил Уопсл. – Паддлз находит меня.

– Когда снова с ним увидитесь, скажите ему, что герцог Инверари хотел бы переброситься с ним парой-тройкой слов.

– Да, ваша светлость.

Уопсл не тратил времени зря.

Рудольф посмотрел на Степана:

– Если хочешь поработать, найди этого Паддлза и выясни у него, кто владелец «Семи голубок».

– Я знаю и Паддлза, и владельцев компании.

– Владельцев? – переспросил Рудольф.

– И сколько их? – спросил герцог.

– Семь, насколько я понимаю. – Степан поднялся и собрался уходить. – Ведите свой бизнес, как обычно, а я займусь этим делом.

 – Он улыбнулся, увидев удивленные лица братьев. – Удачного вам дня, ваша светлость, и вам, братцы.

– Мисс Гигглз! – Фэнси посадила обезьянку на колени. – Как нынче дела у мисс Гигглз?

Обезьянка посмотрела на нее и исполнила свой любимый трюк. Не слышать зла, не видеть зла, не говорить зла.

– Извините. – Себастьян Таннер показал на обезьянку.

Фэнси отдала ему любимицу примадонны и уже закрывала дверь в гримерку, когда появилось сразу трое визитеров: князь, Женевьева и Бишоп.

– Как себя чувствует Белл? – спросила Женевьева.

Весь этот день Фэнси думала и беспокоилась только о сестре. Она немного успокаивалась только тогда, когда выходила на сцену и забывалась в музыке. Если ей придется покинуть оперу, она, наверное, умрет.

– Сегодня партию Керубино будет петь Женевьева. – Блондинка ахнула, чем привлекла к себе внимание директора. – Вы можете идти, Женевьева.