ВоенТур 3 (СИ)

Выгнали на пологий берег полтора десятка полуторок и сняв на каждой одно заднее колесо, которое заменили диском, через который пропустили веревку, которая крепилась к большой лодке. Таким образом за одну ходку, всеми лодками переправлять по полторы сотни бойцов — считай роту. Включил заднюю передачу — тянешь лодку с красноармейцами на свой берег. Перешел на первую, или даже на вторую — пустая лодка мчится забирать следующую группу бойцов. После этого, приказал мостовому комбату эту идею развить и чтобы у него все машины могли таким образом тянуть лодки.

— Уже думаем над этим, товарищ полковник! Сделаем все что в наших силах.

С начартом, разговор был о другом:

— У нас есть достаточное количество трофейных танков, которые мы не используем в боях по различным причинам. Приказываю, отобрать необходимое количество и переоборудовать их в тягачи с возможностью подводного хода. Лично отвечаете за исполнение!

— Ясно! Сам думал, как сделать артиллерию независимой от переправ. Тут водных преград много…

— Ну вот и отлично, исполняйте!

На рассвете, я вместе с командным составом обоих корпусов наблюдал, как последние роты арьергардного полка переправились на левый берег и втягивались в леса на восточном берегу Березины.

Занималась заря погожего летнего дня. По-утреннему свежий лесной воздух, напоенный запахом смолы и хвои, бодрил, вливал новые силы. Аппетитно тянуло дымком от походных кухонь.

На следующую ночь после удачной переправы наших войск под Якшицами, меня разбудил адъютант и передал приказ генерала Филатова срочно прибыть к нему в штарм. Особо подчеркивалось, что сделать это надо обязательно на личном самолете.

Мысль о том, чтобы лично передать командарму самолет, отмел сразу. Вывод напрашивался простой — Филатову для чего-то нужен не только я, но и мой самолет… Получается так…

— Пилот? — одеваясь, я обратился к адъютанту.

— Уже поднял, сейчас готовит вашу ласточку к вылету.

— Ждет у самолета. Аппаратура проверена. Не подведет!

Через четверть часа, мы уже летели над железкой, которая выведет нас к штарму, без всякой радионавигации. По всему протяжению маршрута не наблюдалось ни одного огонька на земле. Она была темной и мрачной. Глядя в иллюминатор, я думал о свой дочери Маше… Как она сейчас там? Что ей сказали обо мне? Как она это приняла?

Приземлились благополучно. Филатов не спал.