— Слушай приказ! Выдвигаетесь правее этих двух домов на гребне. Начинаете с огневой точки, которая подбила броневик, как с самой опасной для наших, потом на ваше усмотрение. Позицию менять после каждого выстрела! Слушать рацию, если обстановка будет меняться буду давать вводные. Вопросы есть? — Обратился я к экипажу самоходки.
— А зачем позиции менять, мы же их как бог черепаху? — спросил наводчик, как бывалый вояка.
— Чтобы привычка правильная у вас была — не всегда против вас будут пулеметы и малокалиберные пушки! Учитесь правильной тактике сейчас, пока есть такая уникальная возможность.
— Понятно товарищ капитан.
Артиллеристы горохом посыпались на землю прямо с капота БТРа. А я тем временем повернулся к «Маркони»: — Как хочешь, но мне надо подавить у немцев всю связь. Во-первых, лишить их управление и во-вторых, это самое главное, они не должны успеть передать своим основным силам, что станция отбита. Понятно?
— Давай, это очень важно, на тебя вся надежда!
Самоходка заняла позицию, слегка поводила орудием, словно принюхиваясь, а потом раздался выстрел.
Только почему мужики позицию не меняют? Мля-я-ть!!! Ведь русским языком было сказано — менять позицию после каждого выстрела! Тем временем немцы время даром не теряли — на лобовом листе и маске орудия огнем электросварки засверкали рикошеты.
Ну, сучьи дети! Только доложите мне после боя, что у вас там прицел разбило или еще что…
Прошло полминуты нужные на перезарядку, за это время наводчик навелся на второй танк и снова точно, его разнесло на наших глазах, это тоже оказалась двойка, легкий немецкий танк вооруженный автоматической двадцатимиллиметровой пушкой. Попытка связаться с самоходкой по рации ни к чему не привела — на частоте шел устойчивый сигнал вызова.
