Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Бажан возвышался над ней на целую голову, а в плечах был шире едва не вполовину. Окладистые, с проседью борода и усы его обрамляли твёрдо поджатые губы, прищуренные серые глаза излучали подозрительность. Млада, всё же рассерженная небрежным обращением, шумно втянула носом воздух. Но ответить не успела.

— Ты что, Денко, немую ко мне привёл? — глянул Бажан на стражника; тот лишь плечами пожал.

— Меня Младой зовут.

Воевода скрестил руки на груди.

— Не, ты глянь, разговаривает! Что, дорогой ошиблась… Млада?

Он в который раз оглядел её с головы до пят, чуть задержавшись на висящих у пояса ножнах.

Издевается, значит. Ведь такие, как он, сразу отличат воина от того, кто только хочет им казаться. И потому Млада удержалась от грубости. Пусть ёрничает, раз охота. А ей лишний раз огрызаться не к лицу.

— Не ошиблась, — наконец проговорила она, окинув воеводу ответным взглядом. — В дружину поступить хочу. Или стражник ваш не сказал?

Воцарилось молчание, но через мгновение оно было нарушено раскатистым хохотом воеводы.

— Да тебя разве что на кухню взять можно, стряпню готовить, — сквозь смех произнес Бажан, смахивая выступившую слезу. — Дружинники ещё покалечат тебя мимоходом, — и добавил уже серьезно: — Думаешь, меч стащила у отца и уже воином стала?

Млада невольно посмотрела на свой клинок и стиснула зубы.

— Поставь против меня любого своего воина, воевода, и узнаешь, что я могу. А то так до утра препираться можно.

— Да, препираться любая баба сильна. Только не каждая мечом махнёт так, чтобы себя саму не зарубить, — Бажан хмыкнул.

 — Но раз ты утверждаешь, что способна победить любого из княжеских воинов, то пойдём. Будем проверять твои воинские умения. А ты, Денко, на пост свой иди. Неча тут без дела слоняться.

Вслед за воеводой Млада прошла между ристалищ. И всё это время ей хотелось поёжиться словно от чьего-то настойчивого взгляда, не тяжёлого, но изучающего. Она даже несколько раз обернулась, но ни один из кметей не смотрел на неё так, будто разбирал на части и проникал под кожу. Странно.

Видно, почудилось. И немудрено — столько народу вокруг.

Наконец воевода остановился у одного ристалища, наиболее людного. Там парни, кажется, из-за чего-то повздорили. То и дело слышались запальчивые выкрики дружинников, а им отвечали такие же злобные, но как будто на чужом языке.

Бажан мрачно обвёл взглядом толпу, но разводить спорщиков по углам не стал. Только выждал маленько, ещё раз посмотрел на Младу, насмешливо крякнул и обратился к дружинникам:

— Так.