Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Чёрные, таящие в глубине то ли страх, то ли ненависть — так сразу и не поймёшь. Слишком уж часто эти чувства переплетаются и сопровождают друг друга.

Рогл отважно выдержал её взгляд, но в следующий миг, закусив губу, опустил голову. Внутри колыхнулась тошнотворная волна отвращения к нему и ко всему его племени, даже желудок будто бы вздрогнул.

— Ты понял, насколько быстро я могу тебя убить? Как комара прихлопнуть — даже проще, — Млада крепче стиснула пальцы, удерживающие Рогла. От боли он вжал голову в плечи.

— Я не знаю, откуда они здесь! — повторил вельд, повышая голос, и рванулся из хватки.

Млада отпустила его, и тот, сделав два шага назад, чуть не повалился на пол.

— Правда, — гораздо тише проговорил Рогл, потирая шею, — не знаю…

— Ты порядком меня утомил.

Приблизившись, Млада угрожающе провела пальцами по ножнам скрамасакса, но остановилась, услышав за дверью звуки суматохи. Несколько человек пробежали мимо, побрякивая оружием и неразборчиво разговаривая на ходу. Вслед им прогрохотал голос начальника стражи: «Олухи! Вот же олухи, пожри вас Пекло!»

Млада выглянула из клети.

 В конце коридора мелькала спина Вигена. Он шёл, то на пядь доставая из ножен клинок, то резко вкладывая его обратно. Видно, в очередной раз за этот день случилось что-то из ряда вон.

— Останься здесь, — бросила Млада Роглу и вышла.

Она быстро догнала начальника стражи и постаралась приноровиться к его шагу. Виген одарил её лишь беглым взглядом.

— Что случилось? — выдохнула Млада.

Она едва не налетела на бегущего навстречу часового и, отшатнувшись, толкнула начальника стражи плечом.

Тот ругнулся и в очередной раз схватился за рукоять меча, но доставать его не стал.

— Тот селянин, что хотел убить Кирилла, сбежал. Зарезал троих здоровенных стражников, как поросей, и смылся!

Млада громко хмыкнула. Селянин. Да какой обычный деревенский мужик пронесёт оружие в чертог так, что никто ничего и не поймёт? Он говорил скорбные речи, неловко шарахался, чтобы усыпить бдительность гридней. И время-то, чтобы зайти, выбрал самое подходящее — когда все вокруг устанут.

А теперь сбежал по дороге в темницу. Потому и не удивительно, что он был так спокоен, когда его скрутили. За такую неосмотрительность гридни, которые проворонили арияш, дорого поплатились бы. Если бы уже не были мертвы.

Млада помолчала, раздумывая, стоит ли говорить об этом с Вигеном, и решила, что указывать на ошибки начальнику стражи — дело неблагодарное и сулящее расплату за нахальство.