Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Теперь вельдчонок казался ей таким же незнакомым и подозрительным, как в первый день. Что если он появился в детинце лишь ради того, чтобы в нужное время передать отравленное оружие убийце? Или подсказать подходящий случай для нападения? И как долго он собирался водить всех за нос своим невинным видом?

Сейчас, глядя на Рогла, Млада снова отчётливо видела резкие черты лица, к которым глаз успел привыкнуть, тёмные прямые волосы и заострённый нос его отца. Он — вельд, и проклятая кровь рано или поздно должна была дать о себе знать.

Рогл, сдвинув брови, сосредоточенно рассматривал один кинжал за другим и медлил, словно боялся того, что нужно было сказать. На его лице отразилась мимолётная паника.

— Да, похоже, оно, — он поднял вопросительный взгляд. — Откуда это здесь?

— Одним из них сегодня хотели убить князя. Другим — ранили Навоя. А третьим чуть не вспороли мне бок. Или ты не слыхал? — Млада, уперевшись локтями в колени, сомкнула пальцы в замок, продолжая изучать Рогла. И с каждым мгновением он всё больше съёживался под её взглядом.

— Я не знаю, — замотал парень головой. — Правда, не знаю!

— Ох, наверное, и тяжко тебе жить, когда ничего не знаешь. Ни про кинжалы, ни про колдовство, которым ты чуть не ухайдокал Юрско… Знать, всё-таки надо рассказать сотникам.

— Я пробовал колдовать потом… — перебирая в руках кинжалы, пробормотал вельд. — Чтобы понять. Ничего не вышло. Я не знаю, что это было! Я ведь говорил тебе!.

Млада резко поднялась с места, и Рогл едва заметно осел, как прихлопнутое сверху тесто. Казалось, он еле удерживается от того, чтобы дать стрекача. Если не виноват, ему нечего бояться. Только прожив некоторое время в детинце, он наверняка уразумел, что любого повода будет достаточно, чтобы его убили. Предостережения Бажана на сей счёт были ясны.

Забрав кинжалы у мальчишки, Млада прошлась по комнате, якобы размышляя. Она поворачивала лезвие то одного, то другого так и эдак, наблюдала, как свет вяло пробегает по граням, обрисовывает плетение кожаных ремней на рукояти.

Она развернулась и снова метнула кинжал в дверь. Тот сверкнул на волоске от лица Рогла и вонзился в щербатую доску. Парень вздрогнул, замер, как вбитый в пол гвоздь. Млада подошла и, обхватив его за шею под затылком, посмотрела в глаза.