Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

За весь день, что прошёл после отъезда из Елоги, он почти не шевелился, не просил есть или пить. Прекрасно знал: щадить его никто не будет.

Многое ему предстояло переосмыслить за последние оставшиеся дни жизни.

На второй день пути до Кирията отряд должен был остановиться на ночлег в древнерской деревне Гремячий Ключ. До неё все торопились доехать поскорей, потому как в спину подгонял нескончаемый ветер и снегопад, что ещё накануне запорошил дорогу, отяготил ветки сосен густыми белыми шапками. И только телега, запряжённая неторопливым тяжеловозом, не давала ехать так быстро, как можно было.

Но верхом Аксена усаживать не стали: зачем давать ему лишнюю возможность сбежать? Пусть он никогда не походил на изворотливого и хитроумного человека — а ты ж погляди, каких дел наворотил.

Парни, чтобы отвлечься и скоротать время, без устали травили байки, и иногда лес почти содрогался от их зычного хохота. В этот миг посадник угрюмо поглядывал на них, но снова отворачивался. А кметям-то до его печалей какой интерес?

Хальвдан, устав от трепотни ватажников, поехал наособицу — впереди.

И потому первый заметил, что лес кругом будто бы стал знакомым, промелькнул в стороне между деревьями луг. А за поворотом тропы показалась и деревня. В густых сумерках виднелись тёмные силуэты домов, кое-где над крышами поднимался дымок печей. Устроен Гремячий Ключ был ровно так же, как Излом: спиральная улица, вдоль которой мостятся избы, а в серёдке — самая большая, некогда общинная, а теперь отданная старосте и его семье.

— Ленне! — крикнул Хальвдан, оглянувшись. Парни тут же притихли. Ватажник подъехал ближе. — Ты и ещё двое поедут со мной к старосте. Остальные — к гостиным избам. Аксена и Брамира пусть с собой забирают да приглядывают за ними хорошенько.

Ленне кивнул, быстро передал приказ товарищам и присоединился к Хальвдану вместе с двумя кметями. С отрядом они разделились у деревенских ворот. Без надобности дожидаться телегу, Хальвдан пустил Расенда бодрой рысью. Дома глядели на проезжающих мимо всадников жёлтыми глазами окон.

Собаки, встревоженные внезапными гостями, заходились бешеным лаем. Тут и там слышались рассерженные окрики деревенских на расшумевшихся сторожей, но общего спокойствия в деревне прибытие отряда не нарушило.

Хальвдан остановился у избы старосты Могуты — высокой, сложенной из толстых брёвен, потемневших от времени — спешился и громко постучал в калитку. Тут же хозяйский пёс, который и до того разлаялся так, что уши закладывало, взвился пуще.