Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Воевода стоял перед Гестой, скрестив руки на груди, на его лице играла приветливая улыбка, но глаза сквозили холодом и неприязнью.

— Я тоже рада видеть тебя, Хальвдан, — тоном, от которого того и гляди покроется инеем трава, ответила девушка. — Что ты тут делаешь? Думала, ты оставил своих Богов на Севере, как и свой род. А ты, оказывается, тоже захаживаешь сюда. Уж сколько лет в Кирияте живу — и не знала. Для чего? Просишь послать тебе в постель ещё сотню девиц? Сам уже не справляешься.

Хальвдан скабрезно усмехнулся.

— С девицами я разберусь уж как-нибудь без их, — он кивнул на капище, — помощи. Просто хотел понаблюдать, как ты будешь молиться чужим Богам о том, в чем тебе не смогли помочь наши… Любопытство меня взяло. — Воевода подошёл к Гесте почти вплотную. Склонился с высоты своего роста и тронул её за подбородок. Не ласково — требовательно. Та дёрнулась. — Ты же позволишь мне глянуть на это? В конце концов, я чуть не стал тебе родственником.

— Перебьешься… — выплюнула Геста и отошла подальше.

— Я всё тешу себя надеждой, что вот проснусь однажды, а ты отчалила на Клипбьёрн, — беззаботно продолжил Хальвдан, обходя девушку сбоку. — Но судьба, видать, много меня баловала, чтобы одарить ещё и этим.

— Ох, договоришься ты, Хальвдан, — с угрозой процедила Геста, отбросив в сторону надоевшую травинку. — Не сдобровать тебе, как только я стану княгиней…

Воевода прервал её оскорбительно громким смехом. Геста вспыхнула и сжала маленькие кулачки.

— Ну, уж со мной ты можешь не притворяться, — Хальвдан наконец успокоился, — я прекрасно знаю всё о тебе и твоих уловках, которые, впрочем, не сослужили пока хорошей службы. Кирилл что-то не торопится тебя в жёны брать. Сколько уж лет тебя в постель просто так таскает?.. Стар стал, не помню. Да ты другого и не заслуживаешь.

Геста молчала, и казалось, воздух сейчас треснет от напряжения, которое нарастало с каждым мгновением. Они не сводили друг с друга ненавидящих взглядов. Хальвдан нагло улыбался. Северянка мяла в пальцах ткань платья. Последняя их притворная вежливость осыпалась за ненадобностью.

Млада почувствовала себя ещё гаже, чем раньше. Подслушивала ведь сродни распоследней сплетнице в доме.