Война

Говорят, возможно возникновение ситуации, когда подсознание, не оправившееся от травмы, произведёт замещение реальности, соприкоснувшись с некими условиями, внешне схожими с теми, в которых была получена психологическая травма, — он пожал плечами. — Кто их знает, насколько всё это серьёзно... терминология медиков всегда очень непроста. Я хочу побывать на месте последнего месторождения, которое разработала наша партия. Именно оттуда наш руководитель повёл нас в систему Процион... Но это уже не важно.

— Но, уважаемый Румм, — начал Мэлл, — боюсь, что я не могу.

..

— Нет, нет, вы не поняли! — Румм покачал головой. — Я не прошу вас везти меня туда, это хоть и в Солнечной системе, но довольно далеко от Кольца Марса, столько времени у нас нет. К тому же, я должен быть там один. Это последнее место, где все были живы, и мне необходимо попрощаться с покинувшими меня друзьями. Это надо делать в одиночестве. Я обязательно посещу это место, но позже, когда врачи не будут против. Я должен вновь оказаться в космосе, хочу снова почувствовать вокруг себя его чарующую бесконечность, незыблемое величие, звёздную вечность.

.. это всегда успокаивало меня и придавало мне сил...

Он замолчал, словно на короткий миг его захлестнули воспоминания:

— Я хочу попросить вас о другом, уважаемый Мэлл. Вы не могли бы просто подвезти меня до дома? Я пока опасаюсь пилотировать сам. Обычно я беру общественный флаер и пользуюсь автопилотом, но мне ещё трудно в одиночку переносить полёты в маленькой машине... слишком напоминает те бесконечные часы, когда я был заточен в спасательной капсуле.

.. — Румм вздрогнул и поспешно добавил: — Не беспокойтесь, уважаемый Мэлл, у меня есть средства, вам не придётся брать на себя никаких расходов. Конечно, если у вас есть неотложные дела, я не настаиваю...

— Да нет, всё в порядке! Как вы могли подумать?! — возмутился Мэлл. — Причём тут расходы? Никакие деньги не заменят человеческого участия, я хорошо это знаю. — Он снова на мгновение задумался: — Довелось испытать на себе...

— Обещаю не отнять у вас много времени, — продолжал оправдываться Румм.

— Ничего страшного, уважаемый Румм, я как раз собирался домой, — Мэлл поднялся и вышел из-за стола. — Поедемте, я с удовольствием выполню вашу просьбу. Мне самому это пойдёт на пользу. Своеобразная смена обстановки, — он оглядел раскинувшуюся по стенам кабинета звёздную панораму.

— Последние годы я проживал на корабле нашей партии, — рассказывал Румм, пока лифт доставлял их в сектор стоянки флаеров.