Война

Именно для этих целей мы и предоставили вашим людям устройства, имитирующие половой призыв самцов!

Десантный корабль приземлился, и Четвёртый направился к выходу, соображая, как долго придётся держать здесь людей.

В Рос, он вернулся только через двенадцать часов, когда пришло время поменять уставших бойцов. Раздав необходимые указания, Четвёртый подумал, что неплохо было бы уточнить обстановку в европейском заповеднике. Особенно принципы тамошних брачных сезонов. Он представил перенаселение в популяции медведей и решил, что этот вопрос он завтра же уточнит.

— Здравствуйте, Андрей Иванович! — улыбнулась Мэг. — Рада вас видеть!

— Здравствуй, дочка! — Четвёртому Мэг нравилась. Хорошая девушка, серьёзная, отличная пара для его безгранично беспечного сына. — Как состояние Андрея? Он снова пытался нарушить график процедур?

— Нет, Андрей Иванович, — засмеялась Мэг, — сегодня он вёл себя хорошо!

— Да, я вёл себя хорошо! — голова Серебрякова-младшего заслонила изображение Мэг.

В кабинете Серебрякова-младшего собрался целый научный совет. Десятка два учёных что-то оживлённо обсуждали между собой, все экраны были густо заполнены цифрами, изображениями каких-то вмерзших в лед субстанций, многочисленными схемами ДНК. Четвёртый, непрерывно здороваясь, добрался до сына, сидевшего рядом с Мэг прямо на углу стола.

— Андрей Иванович! — рядом с Серебряковым-младшим сидел академик Крато. — Как хорошо, что вы нашли время зайти! Это поистине великое событие, и вы тоже к нему причастны!

— Что произошло? — Четвёртый огляделся вокруг и скользнул взглядом по экранам. — Это те ледышки, что мы достали из бункера в Академгородке? Институт генетики и цитло...

— Цитологии! Совершенно верно! — Серебряков-младший указал на изображения. — На месте раскопок необходимо установить монумент этим гениальным и прозорливым людям! Уже сейчас ясно, что многие из этих эмбрионов удастся восстановить.

— Ты хочешь сказать, что мы попытаемся возродить настоящих животных?

— Не попытаемся! — улыбнулся Серебряков-младший. — А обязательно возродим! — он по-мальчишески озорно посмотрел на отца. — Не хочешь завести черепаху?

Близился вечер, и жизнерадостная троица разноразмерных солнц уже начала свой спуск к линии горизонта.