Слуга, сгорая от желания услужить Высшему, доложил, что путь готов, и Кшиссх неторопливо покинул кокон. Владетель ступил на свежепроложенный путь. Нити были протянуты добротно, слуги проявили рвение. Это хорошо, только так и должно быть. Он приблизился к слабо подрагивающей в тугих слоях паутины добыче и остановился возле свободной от пут паутины нежной плоти брюшка вампира. Владетель выпустил короткие ядовитые клыки и с наслаждением вонзил их в нежную плоть, впрыскивая яд. Жертва в ужасе судорожно забилась, но ослабить хватку кокона было невозможно.
Кшиссх выделял в слабеющее тело всё больше и больше яда, ощущая, как постепенно затихает его жертва, погружаясь в лоно смерти. Наконец болотный вампир затих, и Кшиссх почувствовал так давно желаемое чувство победы над добычей. Охота прошла великолепно.
Кинл отчаянно боролся с подступающим беспамятством и вот уже пять минут не терял сознания, всякий раз порываясь встать с кресла. Румм зло поморщился. Заместитель главного технолога, вопреки ожиданиям, оказался крепок здоровьем.
Коренастая фигура старика едва умещалась в кресле. «Землянин, — подумал Румм, — порази тебя космические лучи. Как же я вас ненавижу. Это от вас пошло всё зло, вы допустили появление Древних, вы вовремя не приняли мер, вы первыми предали Корпорацию». Мэлл спокойно подошёл к коллекции минералов и достал со стеллажа увесистый осколок метеорита. Он молча показал кусок камня Румму и взглядом указал на затылок Кинла.
Румм отрицательно качнул головой. Нельзя. В другое время он бы с удовольствием сам отдал такой приказ, но черепно-мозговая травма сделает невозможной процедуру морализации. А времени ждать, пока Кинл оправится от последствий такого удара, у Румма нет. Яхта должна выйти на маршрут строго по расписанию, он не может допустить даже малейшего сбоя, ничто не должно вызывать подозрения у ДБС. Вот в былые времена специально для этих целей существовали тюремные изоляторы. Мятежников сначала как следует обрабатывали дубинками и коваными ботинками, после чего бросали в камеру, где человеческий материал «отстаивался», приходя в порядок.
В морализатор загоняли уже физически здоровых пациентов. Впрочем, в этом деле главное — голова, состояние тела особого значения не имело. Сейчас же придётся действовать по-другому.
Румм подошёл к панели пищеблока и набрал секретный код. Спустя несколько секунд автоподатчик выдал стакан с водой.
