Война

Думаю, все здесь хорошо друг друга поняли. Действуй, Четвёртый!

Высокий воин забрал из рук Тринадцатого бессильно трепыхающегося Чужого и волоком потащил его к выходу. Судя по всему, Вузэй были прямоходящими, и сейчас трёхметровое тело Величайшего нелепо волочилось за широко шагающим человеком. Едва Четвёртый покинул помещение, к Тринадцатому бросились медики с гравиплатформой наготове.

— Позже, — Алекс жестом остановил их. — Связь с академиком Серебряковым, срочно! У нас нет времени.

— Я слушаю вас, Алекс! — раздался знакомый голос.

 — Очень рад видеть вас снова! Вы что-то задержались с возвращением!

— Вузэй уже начали войну? — Алекс собрал остатки сил, отгоняя от себя беспамятство.

— Два дня назад, — ответил за учёного Тихонов. — Мы потеряли колонии. Гиперпространство вокруг наших систем перекрыто. Всё, что у нас есть, сосредоточено здесь, ждём нападения. Но нам их не удержать.

— Вузэй обещал дать нам сутки, — поморщился Тринадцатый. — Наверняка обманул. Они ударят, как только перегруппируют силы.

У нас есть шанс. Мы можем воспользоваться силами Мерхна, но для этого мне надо попасть к ним в систему. Координаты есть у Алисы. Туда можно добраться только через ноль-переход. Андрей, делай что хочешь, хоть разбери здесь всё на молекулы, но этот корабль должен открыть точку перехода. Иначе ящерицы нас очень быстро раздавят. Всё. Всем выполнять!

Он почувствовал, как проваливается в безликую пустоту и потерявшее последние крупицы сил сознание ускользает от него.

— Алиса, отключи мину...

Алекс уже не видел, как руки врачей подхватили его сползающее по стене тело, лишь только прошептал, медленно погружаясь в болото беспамятства:

— У меня на груди... не рассоединять нас, это важно... нужно больше радиации... не хватает... энергии... симбионтам... — он попытался произнести ещё какие-то важные слова, но губы уже не слушались, и свет перед его глазами медленно померк.

Смутно знакомый шум мешал сну, и Тринадцатый поискал руками подушку, чтобы накрыть голову.

Во сне он был врачом и вот уже несколько часов спасал кого-то невидимого, лежащего на операционном столе времён его молодости. Пациент был полностью скрыт под белой простынёй, из-под которой густо торчали провода и трубки различных систем искусственного жизнеобеспечения. Алекс пытался подключать их к соответствующим аппаратам, но провода путались, трубки перегибались, аппараты барахлили, физраствор не поступал.