Война (СИ)

И вот — этот грёбанный поход! Я доверился своей интуиции, которая оказалась такой же насквозь лживой, как и я сам! Я не слушал умных людей, советовавших повременить, дождаться проверки сведений, не ставить под удар всё одним необдуманным решением. Но где там — меня же вела судьба! Мне же хотелось войти в историю как спасителю империи, как талантливому и прозорливому полководцу!..

Не в силах сдерживаться, я громко выругался вслух, заставив сопровождавших меня гвардейцев безмолвно переглянуться. Ох, уж эти взгляды! В последнее время мне в каждом чудилась скрытая насмешка, презрение, понимание, что император на деле оказался слабаком и глупцом.

А настоящим героем был Громов.

Судорожно сжав зубы, я изо всех сил толкнул тяжёлую дверь приёмной. Испуганно дернувшись, мой секретарь вскочил и поспешно опустил глаза. Вот кто умеет держать нос по ветру! Моментально просчитал, что сейчас лучше не встречаться со мной взглядами.

— Вызови ко мне князя Долгорукого. И живее!

С грохотом захлопнув за собой дверь своего кабинета, я схватился за хрустальный кувшин.

С некоторых пор его содержимое сменилось с воды на вино. Только после пары глотков ненависть и злоба, стальной проволокой сжимавшие мои внутренности, чуть ослабляли свою хватку. Не прошло и десяти минут, как в дверь осторожно постучали. И это тоже безумно меня бесило — раньше Сергей Иванович, зная, что я его жду, зашёл бы без излишних церемоний. Но теперь и он обращался со мной, точно с истеричной барышней. Или — но об этом я предпочитал не думать — как с опасным умалишенным…

— Войдите уже! — крикнул я, не сумев скрыть раздражения в голосе.

И добавил чуть тише:

— И прикройте за собой плотнее дверь.

Разговор предстоял щепетильный, мне не хотелось допускать возможность того, что кто-то услышит хотя бы его часть.

Пока Долгорукий устраивался в кресле напротив меня, я внимательно смотрел на него. Жизнь при дворце уже научила меня, что безоговорочно доверять нельзя никому: здесь правят бал лицемерие и расчет.

Но был уверен, что именно на расчёте и строился наш с ним союз. После официального оглашения нашей помолвки с его дочерью у него появились весомые причины помочь мне удержаться на троне. А что касалось Громова… О причинах нелюбви министра внутренних дел к бывшему канцлеру я мог только догадываться. Но факт был налицо — Сергей Иванович так же болезненно относился к опальному князю, как и я.

— Ваше Величество, тянуть далее нельзя. — сразу взял он быка за рога.