Война за проливы. Операция прикрытия

Но вы так и не сказали, почему этим делом должен заняться именно я…

– У Его Величества, – смилостивившись над Черчиллем, сказал адмирал Фишер, – старшая дочь замужем за пришельцем из будущего. Она и рекомендовала вас – как человека, обладающего острым разумом, организационным талантом и кипучей энергией, и потому способного добиться невозможного. Наше счастье, что вам скоро уже исполнится тридцать четыре года – возраст вполне зрелого мужа. Александр Македонский, например, к вашим годам успел завоевать почти весь доступный мир и помереть от переутомления.

На самом деле могло быть и хуже… могло оказаться, так что вы бегаете в коротких штанишках или в виде кулька с ушками пищите в колыбели.

– Нам нужен человек, – снова заговорил король, – который сумеет развернуть политику Британии на шестнадцать румбов и ввести наш корабль в тихую гавань Континентального Альянса. Наша империя – это не глупый Дон Кихот, чтобы воевать с ветряными мельницами, и мы не собираемся тратить невосполнимые ресурсы на противостояние с державами, которые сами протягивают нам руку дружбы.

– Этот корабль русских из будущего, – произнес адмирал Фишер, – произвел выстрел таким ужасным оружием, предназначенным для уничтожения военно-морских баз и целых флотов, что несчастный булыжник, имевший в диаметре около полумили, просто разлетелся в пыль. Противостоять державе, имеющей такие возможности, не просто опасно, но и крайне глупо.

– Этому событию, – сказал король, – у нас есть несколько независимых свидетелей. Метеор взорвался над Каналом после выстрела с русского корабля.

– Вступление в Континентальный Альянс, – продолжил адмирал Фишер, – приведет к признанию Россией и Германией законности нашего владения колониями, а мы, соответственно, признаем незыблемость их территорий. Афганистан при этом будет считаться нейтральной буферной зоной, не зависимой ни от одной из сторон.

В других местах – например, в Персии – нам придется взаимодействовать значительно более тесно, но это уже неважно, потому что, перестав враждовать, мы, великие державы европейского континента, получим от этого двойную выгоду.

– А всю нашу высвободившуюся энергию, – сказал король, – мы направим на борьбу с таким противником, который не признает никаких правил.