Война за проливы. Призыв к походу

В любом случае Петру Аркадьевичу пришлось в который раз бросать все и, переехав в Санкт-Петербург, сменять на должности господина Плеве, который не был разорван на куски эсеровской бомбой, а всего лишь перешел на другую работу… Тут надо сказать, что перед самым приходом господина Столыпина на должность министерство внутренних дел подверглось беспощадному реформированию (а по сути, вивисекции) и господин Плеве не счел для себя возможным оставаться у руля урезанного министерства, которое больше не могло никому ничего запретить, зато отвечало за все, что творится на пространстве от привисленских губерний до Чукотки и от студеных полярных морей до жарких туркестанских пустынь.

Должность генерал-губернатора Финляндского, главного усмирителя фрондирующей Финляндской губернии, показалась Вячеславу Константиновичу достаточно привлекательной для того, чтобы ради нее оставить пост министра иностранных дел.

Указом императора Михаила из ведения МВД были полностью изъяты Департамент Уголовной Полиции, преобразованный в Главное управление Внутренней Безопасности Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, а также управление Почт и телеграфов, перешедшее в ведомство новообразованного Министерства Связи.

Цензура, как и прочие связанные с политикой дела, еще годом ранее была передана в ведение ГУГБ. Таким образом, в ведении реформированного МВД, переставшего быть неповоротливым монстром, остались лишь административно-хозяйственные вопросы управления огромной Российской империей.

Впрочем, и того, что осталось, было немало.

С того дня как господин Столыпин вошел в свой новый кабинет, у него больше не было ни одного спокойного дня. Первым делом император Михаил резко раскритиковал предоставленный ему Столыпиным план аграрной реформы, предусматривавший уничтожение общинного землевладения и замену его на частное владение землей…

– Ну хорошо, Петр Аркадьевич, – сказал тогда всероссийский самодержец, – сделаете вы справных хозяев из двадцати или тридцати процентов русских мужиков. Больше хозяйств, способных самостоятельно стоять на ногах, из нынешней разоренной крестьянской массы вы не получите, хоть даже будете биться головой об стену.

Увеличив выход товарного* хлеба, вы одновременно увеличите социальное расслоение в и без того небогатой деревне. Зажиточные станут богатыми, а бедные превратятся в откровенно нищих, которым придется либо батрачить за гроши у своих же односельчан, либо бросать все и с одним узелком подаваться в город на заработки.