Войти в бездну

На центральном мониторе появились слова:

ПРЕДПОЧИТАЕТЕ РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ИЛИ СЛЕДУЕТ ВКЛЮЧИТЬ АВТОПИЛОТ?

– Предпочитаю ручное, – громко и весело сказал Фарелл. – Когда еще придется управлять такой машиной? Господин лейтенант, пока прогреваются двигатели, я прошу всех спуститься вниз. Сейчас там безопасно и есть кресла. Пристегнитесь.

– Ненавижу пилотов, – доверительно прошептала Маша на ухо Казакову. – Воображаю, какой это будет старт! Нас всех разотрет по стенкам, несмотря на систему, снижающую воздействие перегрузок…

– Да плевать, – небрежно отмахнулся тот.

 – Главное – мы убираемся отсюда.

Спустя восемь минут многотонный «Юлий Цезарь», подняв двигателями настоящую снежную бурю, оторвался от поверхности Сциллы, на мгновение завис в воздухе и сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее начал скользить вперед, постепенно набирая высоту. Далеко за кормой остались разбитые желтые цилиндры строений S-801, черные базальтовые скалы да запорошенные снегом остовы «Триглава» и американского «Гурона».

Пока что человеческие потери экспедиции не превышали допустимого минимума. Погиб один член экипажа – сгоревший на «Триглаве» капитан Реммер – и незадачливый американский полковник из группы «Апач».

Иной, попутно забив встретившееся громадное насекомое, нашел вход в ледяные пещеры, поудобнее зацепился за скользкий свод, свернулся клубком и попытался заснуть. Температура его тела медленно понижалась. Снов он не видел.

К хорошему очень быстро привыкаешь.

«Цезарь», если смотреть непредвзято, по всем параметрам вполне подошел бы и для личного корабля главы государства.

А что? Навряд ли этим малым рейдером побрезговали бы президент Соединенных Штатов, английский король или придирчивый германский кайзер. Комфортная обстановка, все мыслимые удобства, великолепная защита и не менее качественное техническое оснащение.

Маша была не права, заподозрив Ника Фарелла в лихачестве, которое могло быть спровоцировано обладанием столь потрясающим кораблем – какому же пилоту не захочется проверить все качества рейдера, от скоростных до аэродинамических? Ник, однако, позволил себе одно-единственное чудачество: он повел «Цезаря» в космос не по параболической кривой, а почти вертикально.

Амортизация кресел и комплекс искусственной гравитации сделали все, чтобы пассажиры не чувствовали излишних перегрузок, но Маша подумала про себя, насколько неприятно ощущать свой желудок отделившимся от тела и несущимся вслед в нескольких километрах за кормой судна.