Войд

 – Нам не хватает как минимум сотни зондов и десятка «струнных» станций для надёжного контроля границ системы.

– Почему бы вместо станций, создание которых потребует времени, – сказал Иван, – не использовать небольшие суда класса «пакмак»? Куттеры и шлюпы можно вполне оборудовать аппаратурой многодиапазонного обзора.

Воеводин и Фраймен – он был чернокожим – переглянулись."

"– Неплохая мысль, – кивнул седой головой негр.

Дверь в кабинет открылась: выглядело это так, будто в угольно-чёрном небе с куском скалы появилось прямоугольное отверстие.

Вошёл Леблан.

Фраймен взглядом убрал схему «Сферы», посмотрел на циферблат коммуникатора и направился к выходу.

– Располагайтесь, я к операторам.

Воеводин пригласил всех за стол.

– Я получил известие от своих информаторов, – заговорил начальник отдела ФАК, не любивший начинать разговор с дежурных фраз о погоде и самочувствии. – Знающие готовят не просто переселение, они наметили глобальное Вселение. Прямой захват нашей Метагалактики у них не получился, и они разработали резервный вариант.

Где-то в Солнечной системе создан терминал приёма, который послужит своеобразным накопителем душ Знающих, после чего они будут ударно вселены в людей. В этом случае очищать Вселенную от материальных объектов не придётся, Знающие будут использовать людей в качестве носителей информационных матриц.

Воеводин сжал зубы, кинул взгляд на чёрное звёздное лунное небо.

– Час от часу не легче. Вы уверены в том, что замыслы Знающих именно таковы?

– Уверен.

– Каким образом это стало известно вашим… – Иван поискал слово, – информаторам?

– Во-первых, Большую Дыру, проделанную Вселенной Знающих в нашей Метагалактике, опекают структуры контроля МККЗ. Во-вторых, на борту космолёта «Ра», который чудом уцелел и нырнул в Большую Дыру, находится наш сотрудник.

Воеводин и Грымов обменялись понимающими взглядами.

– Кто? – не скрыл скепсиса начальник «Сокола».

– Всеволод Шапиро.

Воеводин опустил голову, разглядывая стол.

– А я всё удивлялся, почему он так легко соглашается участвовать в сверхрискованных экспедициях.

– Всеволод – игрок по натуре, – улыбнулся Леблан. – Для него не только наука – игра, но и вся жизнь. Контакт с нашими информаторами он перенёс весело.

– Жизнь действительно можно воспринимать как игру, – флегматично заметил Грымов, – в которой ничья – уже победа.

– Не воспримет ли Горюнов преображение Шапиро как посягательство на его право руководить группой? – проворчал Воеводин.